на самую первую страницу Главная Карта сайта Археология Руси Древнерусский язык Мифология сказок

 


ИНТЕРНЕТ:

    Гостевая сайта
    Проектирование


КОНТАКТЫ:
послать SMS на сотовый,
через любую почтовую программу   
написать письмо 
визитка, доступная на всех просторах интернета, включая  WAP-протокол: 
http://wap.copi.ru/6667 Internet-визитка
®
рекомендуется в браузере включить JavaScript


РЕКЛАМА:

Социальные маски
с точки зрения Буквицы

по материалам ведических знаний


изм. от 10.09.2020 г ()

  Люди, которые углубленно начинают заниматься развитием своей духовности, чаще всего сталкиваются с одной и той же проблемой – непониманием окружающих и даже близких. Общество или социум как бы отворачивается от них, тем самым превращая их в изгоев. И тогда, стараясь как-то решить эту проблему, они начинают подстраиваться под социальный мир, чем вызывают внутри себя еще большие душевные страдания: те маски или личины, которые они пытаются надевать на себя, абсолютно не резонируют с их внутренней духовной природой. И люди оказываются перед выбором: либо отдаляться от общества и продолжать духовное развитие, либо прекращать духовный путь и подчиняться правилам и законам общества. Но что самое парадоксальное – оба варианта ни к чему хорошему не приводят. Если в эпоху Лисы это еще как-то могло сработать, то в эпоху Волка такой вариант не пройдет. И вот здесь, как ни странно, хорошую подсказку может дать именно Буквица, в которой, как мы знаем, заключен глубокий психологический портрет русского человека. Таким образом, опираясь лишь на значения буквиц, мы постараемся найти ответ на один вопрос: при каких условиях духовно развивающийся человек может использовать без вреда для себя социальные маски? И начнем мы с буквицы Онъ.

  Для того, чтобы лучше увидеть образ, стоящий за буквицей Онъ, обратим внимание на ее написание. Прежде всего, здесь есть окружность и описываемое ею пространство, что наводит на мысль о границе, которая что-то очерчивает, отделяя от остального мира. Значит, за чертой спрятано нечто особое, отличное от того, что за окружностью. Кроме того, если поразмыслить, то у круга ведь всегда есть центр, даже если он никак не обозначен, т е опять-таки, скрыт. Круг без центра вообще не существует, поскольку он и образован вокруг некоего центра. А центр, как мы знаем, никогда не точка, но всегда вертикаль – ось, соединяющая верх и низ, организующая определенный мир.

  Таким образом, Онъ это определенная, обособленная область, нечто выделенное, отличное, спрятанное, находящееся в особом состоянии и обладающее центром-осью, соединяющей небесное и земное. Другими словами, Онъ сообщает нам о сакральном пространстве, в котором божественное начало беспрепятственно взаимодействует с земным миром; о месте, где присутствуют боги и действует не человеческая, а надчеловеческая логика.

  На образном уровне здесь можно говорить о «священном острове». Остров Буян – средоточие всех могучих сил и место обитания самых древних существ ведической мифологии. В его центре под могучим дубом, соединяющим все миры и времена, стоит Алатырь-камень. Из-под того камня бьют родники живой воды. Он источник всего сущего на Земле, семя, рождающее абсолютно все. Он исполняет все желания. И нет в мире ничего крепче Алатыря. Потому его именем «запирают» клятвы и заговоры. В нем сокрыта сила могучая и силы той конца нет. А путь на остров Буян находят только те, чьи помыслы и сердца чисты.

  Буквица Онъ, кроме прочего, как раз и сообщает нам об отдаленном от профанного мира «храмовом пространстве», при входе в которое совершается очищение: избавление от злых чар и колдовского морока, или, говоря языком других традиций, освобождение от двойственности сознания, увлеченности материей, от власти животных, инстинктивных проявлений и прочего.

  А теперь обратите внимание вот на что: Аzъ – это местоимение первого лица единственного числа, а Онъ – местоимение третьего лица все того же единственного числа – лица Единого. Отсюда, с позиции человека Онъ – это бог. С позиции бога Онъ – это человек.

  Получается, что в пространстве буквицы Онъ бог и человек встречаются друг с другом как со своими отражениями.

  Итак, речь в буквице Онъ идет о месте, в котором духовное начало человека может входить во взаимодействие с высшим, где осуществляется связь с божественным миром. Следовательно, священное место – это не какой-то конкретный остров или некий храм, имеющий географические координаты, это утопия. В древнегреческом слово «утопия» в зависимости от написания сохранило два значения. Первое – место, которого нет, а второе – благое место. Получается: несуществующее место, где находится благо. Но все противоречия снимаются, если мы понимаем, что благо, с точки зрения древних, - одно из основных имен Творца. Таким образом, с позиции миров становления, утопия – место, которого нет, а с позиции бытия - это истинно благое место, где возможна встреча с Творцом. Вот и выходит, что место, в котором живет бог – это утопия. Ведь его нет на карте.

  Возникает вопрос – а зачем тогда вообще давать информацию о месте, которое нельзя достичь, если оно неизвестно где? Но с другой стороны это и есть самый точный адрес. Вспоминаем русские сказки. Помните: пойди туда, неизвестно куда, найди то, незнамо что… А где только можно обрести себя настоящего? Правильно. В своем внутреннем мире. Буквица Онъ указывает на внутреннее пространство человека, где возможна встреча с истинным Я, с божественным в себе, с собой, как с богом, и с богом, как с собой. Так что бесполезно искать утопический остров во внешнем мире, ибо искать себя необходимо внутри себя же. И это, как свидетельствует мифология, весьма непросто. Путь к внутреннему «священному острову» сопряжен с великим трудом: на нем встречаются чудовища и лютые звери, поджидают хитрые ловушки и множество прочих преград. И преодолеть их можно, только освободившись от двойственности ума, влияния социального «я» и ложной идентичности. И только тогда мы сможем попасть в место, которое в русской культуре называлось не только островом Буян, но также и «Печищем», где живет играющий бог – сущностное Я, соединившись с которым, человек может целиком и полностью проявлять себя, свою природу, а значит, полноценно и полноправно принимать участие в игре Творца.

  Соединяясь с центром, мы обретаем внутреннее единство и в то же время единство со всем сущим. Отсюда и еще один образ Онъ – мировое яйцо, в котором все содержится и из которого все исходит. Это пространство, содержащее в себе недифференцированную потенциальность всякого развития и порождения, неповрежденную истину.

  Согласно буквицы Червль, человек, вернее его сознание, имеет границы восприятия, и чтобы познать большее - безграничную божественную мудрость – человеку необходимо выйти за рубеж земного, четырехмерного пространства и перейти на другой уровень развития – в иные миры. А у этих миров также есть свои рубежи и защитные границы, которые надо перейти на пути к знанию. И подобных переходов предстоит совершить множество. Но сначала следует освоить земное пространство (Zемля), осознавая при этом существование других миров. Образно говоря, прежде чем пускаться в путь, необходимо обрести отправную точку, надежный базовый лагерь, свою территорию. И здесь мы подходим к буквице Шта, образ которой означает не только щит и защищенное пространство, но и скит – закрытое поселение, а также город – огороженное место. А сакральный аспект градостроительства заключается в том, что город, прежде всего, - центр власти, концентратор божественной и духовной силы. Собственно, буквица Шта, кроме прочего, говорит как раз о накоплении и овладении силой, необходимой для совершения скачка на качественно иной уровень. И возможно это только в неком защищенном месте, на какой-то «своей территории». И Шта указывает на разные уровни ее локализации. В масштабе народа – это государство, для человека – место, где он родился или живет, а с позиции внутреннего мира – своя Zемля. Но понятие «своя zемля» относится не столько к территории проживания, сколько к внутреннему миру, где мы являемся хозяевами самих себя. Именно это место мы называли печищем – пространством, в котором человек принадлежит сам себе, где ему не нужно скрываться, притворяться, прятаться, защищаться от кого-то или чего-то, а потому он может целиком и полностью проявлять себя, свою сущность, свою природу. Так вот, буквица Шта рассказывает как его найти.

  Проблема в том, что «своя zемля» не существует просто потому что у человека есть его внутренний мир. Своя Zемля спрятана от нас. В нас самих. Говоря языком психологии, на «пути к себе» стоят три слоя защиты: чужая личность, защитная личность и теневая личность. С одной стороны, они как бы защищают сущностное начало человека, с другой – являются личинами, скрывающими его от него самого. Но зачем играющему богу целых три линии обороны? Сущностному Я они без надобности. Эти защиты появились под влиянием социума, которому мы как таковые не нужны, поскольку социуму мы интересны только в том случае, если нормативно удовлетворяем его потребности. Он беспрестанно атакует нас, провоцируя на выстраивание оборонительных укреплений. Современная психология относительно недавно занялась пристальным изучением социальных защит. Между тем в традиционной культуре они известны довольно давно. Просто под иными названиями. Чужая личность называется «Умником самоутверждения», защитная – «Человек самообмана», теневая – «Человек агрессии».

  Первая защита, по сути, это маска этакого всезнайки, которую мы натягиваем на себя. Сделана она из поведенческих алгоритмов и программ, способов реагирования и восприятия, заимствованных нами у более сильных и удачливых представителей социума.

  По сути, личина «умника» представляет собой определенный набор ролевых моделей, перенятых нами у значимых, по мнению социума, людей, которых он принимает, знает, ценит и признает своими. В данное обличие входит целый психологический гардероб, или набор личин, позволяющих выигрывать в той или иной ситуации. Здесь находятся стратегии людей, кажущихся нам успешными, которые мы копируем и берем на вооружение. В результате формируется многослойная и неуязвимая, с точки зрения большинства, социальная маска.

  Неуязвимой она выглядит потому, что «умник» живет по принципу «либо выиграть, либо уничтожить». Для него всякий несогласный с ним – враг. Поэтому, находясь в данном обличье, человек не допускает в свой адрес никакой критики и сомнений. Доказывать ему что-либо бесполезно. Он непробиваем. И если кто-то посягает на его позицию, реакция одна – ликвидировать. Однако эта линия защиты необходима, поскольку помогает нам гармонично вписаться в социум, избежав его агрессии. В то же время, она подавляет нашу божественную сущность, играющего бога. Это опасно тем, что большинство людей настолько срастаются с «умником», что абсолютно теряют себя и связь со своей Zемлей. Однако некоторым все же удается пройти глубже и встретиться со следующим персонажем. Человеком самообмана.

  Его задача состоит в том, чтобы разоблачать «умника», показывая миру, что тот – лишь маска, за которой прячется кто-то другой. Человек самообмана – это наши ошибки, оговорки, описки, нелепые поступки. Образно говоря, все, что подставляет подножку «умнику», т е дискредитирует его.

  А дальше мы приходим к следующей личности – «человеку агрессии».

  И вот тут начинается самое интересное. Дело в том, что именно теневая личность и формирует набор социальных масок. «Умник» защищает не нас, а нашего внутреннего «агрессора». А это боль, сконцентрированный травматический опыт, неудачи, комплексы – словом, все то, что мы прячем от себя и от мира.

  За его логовом как раз и находится наше божественное Я, ядро нашей индивидуальности. Побеждая «агрессора», приручая, одолевая его, мы приходим к самим себе, в свое Печище, на свою Zемлю, где живет творящий бог. Поэтому истинное творчество возможно только на своей Zемле, которая, в то же время, обеспечивает и нашу защиту. Собственно, соединение Ша и Твердо, в написании Шта, в значении утвержденной меры передает образ простора, или шири, ограниченного неким пределом, что как раз и можно рассматривать в качестве защищенного пространства.

  Таким образом, «умник» как набор определенных социальных ролей все-таки может выполнять положительную оборонительную функцию, но исключительно при условии, что не он управляет, а им управляют: когда человек ведет социальную игру осознанно, используя поведенческий арсенал «умника» по собственной воле и в соответствии с актуальной необходимостью.

  По большому счету, “умник» становится врагом играющего бога только тогда, когда захватывает человека и превращает в свою марионетку, не давая ему вырваться за пределы тех или иных поведенческих программ. Если же человек, нашедший свое Печище и соединившийся с играющим богом, сам управляет ими, то они становятся его мощным социальным щитом на все случаи жизни. Ведь играющий бог обладает способностью использовать разные маски, включая их в свою игру. Он меняет ролевые модели как угодно и даже создает новые в зависимости от ситуации и своего желания.

  К сожалению, сегодня человек либо прочно срастается с социальными масками, либо попадает в жесткую зависимость от них, теряя себя и превращаясь в персонаж. К этому разными путями его подталкивает сам социум. Например, с помощью так называемых тренингов личностного роста, где человеку внушают, что чем больше у него «костюмов» и «личин», тем он более социально защищен и успешен. И психологический гардероб пополняется все новыми и новыми обликами…

  Подвох здесь в том, что каждая такая личина делает сильнее не вас, а «умника». Увеличивая количество социальных масок, мы развиваем не свое божественное начало, а укрепляем собственную персонажность, а значит, все прочнее срастаемся с обличием «умника». Вместо того чтобы стать играющими богами, мы опускаемся до лицедейства, которое не приносит ни радости, ни удовольствия, поскольку спровоцировано действием теневой личности.

  Пройти к сущностному Я нам мешает внутренний «агрессор» - боль. Она настолько невыносима, что мы непременно хотим от нее укрыться. Поэтому наращиваем количество масок, образующих своего рода защитный панцирь. И… попадаем в ловушку: на самом деле, «умник» не ограждает нас от боли, а удерживает, запирает и сохраняет ее внутри. Ведь без «агрессора» его просто нет, ибо он сам является порождением теневой личности.

  К тому же «умник» способен существовать только в рамках ограниченного набора поведенческих моделей, а значит, эта защита не абсолютна. Сколько бы масок ни было, их число всегда конечно, и на любого «умника» рано или поздно найдется другой – более сильный, изворотливый и хитроумный.

  Но если взять более высокий уровень прочтения буквицы Шта, где Твердо означает творческий процесс, то мы получаем что-то вроде безграничного процесса творения. В таком варианте Шта тоже говорит о защите, но на другом уровне, поскольку речь здесь идет о состоянии играющего бога, о нашем внутреннем Я, создающем миры из состояния безмолвия. Собственно, Шта – это и есть Творящее Безмолвие.

  Безмолвие здесь – это не отсутствие звуков, но абсолютная речь Творца, которую можно представить, как невообразимо плотный поток информации, движущийся с такой огромной скоростью, что органы слуха его не воспринимают.

  Подобно тому, как глаза не различают вращающиеся лопасти винтов самолетов, мы не слышим речь Творца: наш мозг настроен на восприятие дискретной речи, а речь Творца едина, непрерывна. Эта непрерывность и есть Творящее Безмолвие. И когда мы с ним соединяемся, т е встречаемся с внутренним богом, тогда мы тоже способны творить миры.

  Таким образом, если буквица Ша – состояние внутренней тишины и ощущаемое безмолвие, в котором мы улавливаем присутствие Творца, то Шта – это такое безмолвие, которое начинает творить… Т е Творец, из своего безмолвия, творит самим же безмолвием.

  И самое главное. Когда мы становимся играющими богами, сила потока творящего безмолвия превращается в мощнейший щит, который ничем невозможно пробить, ибо, если мы соединяемся с богом, входим в его поток – через нас речет сам Творец, и никто и ничто не может ему противостоять. Соответственно, только в состоянии играющего бога мы обретаем абсолютную защиту.

  А пока мы этого уровня защиты не достигли, не нашли свое Печище, нам приходится рассчитывать на другие защитные механизмы. Однако здесь необходимо четко понимать, что любой физический или энергетический барьер, будь он хоть в километр толщиной, окажется бесполезен, если мы эмоционально включаемся в какую-то ситуацию. В момент эмоционального «взрыва» мы открываемся и добровольно допускаем воздействие тех или иных внешних сил на свой внутренний мир. Кстати, само слово «эмоция» переводится с латыни как «потрясение, колебание, волнение». По сути, речь здесь идет о сдвиге, смещающем плотность обережного поля и образующем брешь, через которую может проникнуть что угодно. Поэтому защита эффективна только при условии сохранения состояния внутреннего покоя, а значит, единого, нерасщепленного сознания. И возможно это только в том случае, если сознание сформировано целостной матрицей родного Языка. Собственно, буквица Шта и говорит нам о языке как о сильнейшем обереге. С точки зрения древних, язык – это бог, абсолютный защитник. Отворачиваясь от языка, не придавая ему значения, мы отказываемся не только от родной культуры, но и от своих предков, а потому лишаемся всякой поддержки и защиты. И прежде всего, защиты психики и сознания, а потом и тела. Когда расщепляется языковая матрица, народ оказывается беззащитен и с ним можно делать все, что угодно, поскольку его сознание открыто для любого негативного воздействия. И наоборот, целостная матрица языка, а значит и сознания, имеет такую плотность, через которую не пройдет ни один вирус.

  Родной язык - наша крепость, наш оплот, охраняющий пространство, где проявляется свет и смысл, в котором каждый из нас собирает себя как бога, живущего на Земле, как Творца. И социальные маски можно и даже нужно использовать на внешней сцене, не допуская только отождествления себя с ними, не превращаясь в персонаж чужой игры, а творчески развивая свою игру на своей Zемле.