на самую первую страницу Главная Карта сайта Археология Руси Древнерусский язык Мифология сказок
 

ИНТЕРНЕТ:

Гостевая сайта
Проектирование



КОНТАКТЫ:
послать SMS на сотовый,
через любую почтовую программу   
написать письмо 
визитка, доступная на всех просторах интернета, включая  WAP-протокол: 
http://wap.copi.ru/6667 Internet-визитка
®
рекомендуется в браузере включить JavaScript




РЕКЛАМА:

Пределы Вселенной движения

структура физической вселенной; по материалам издания
Dewey B. Larson "The Universe of Motion"


изм. от 10.07.2015 г - (чуть дополнено)

ПРЕДИСЛОВИЕ

Материя, входящая из космического сектора, появляется в виде космических атомов. Структура таких атомов несовместима с существованием в материальном секторе (то есть, при скоростях ниже скорости света), они распадаются на субатомные частицы, способные приспосабливаться к материальному окружению. На протяжении долгого периода времени эти частицы соединяются для образования простых атомов, после чего атомы поглощают дополнительные частицы для построения более сложных атомов (более тяжелых элементов). Одновременно атомы подвергаются непрерывному увеличению путем ионизации, непосредственным результатом которой является приведение каждого атома к пределу разрушения. В этот момент все или часть вращательного движения (масса) атома превращается в линейное движение (кинетическую энергию).

Затем уже детально описанный процесс концентрации атомов скорее прекращается при разрушении атома или его части, чем происходит в виде впрыскивания в космический сектор. Чтобы понять, как происходит впрыскивание, мы исследуем материю с другой точки зрения. Сейчас мы рассматривали поведение индивидуальных единиц - атомов. Теперь обратим внимание на поведение материальных совокупностей.

Давайте начнем рассмотрение совокупностей с ситуации до формирования совокупности - с объема пространства продолжений (пространства традиционной системы отсчета), в котором имеется почти однородное распределение сильно удаленных друг от друга атомов водорода и субатомных частиц - исходных продуктов, возникших из входящей космической материи: космических лучей. Наряду с исходным материалом, обычно имеется небольшая примесь материи, рассеянной в пространстве посредством взрывных процессов, в основном газа и пыли, но включающей некие большие совокупности вплоть до размера звезд. Также могут иметься даже несколько маленьких групп звезд. Весь этот материал подвергается действию двух общих сил вселенной – гравитации и силы, возникающей за счет последовательности вовне естественной системы отсчета. Природа формирующихся совокупностей определяется свойствами этих двух сил. Можно выделить три общих вида совокупностей: (1) частицы пыли; (2) звезды и связанные с ними совокупности; (3) галактики и связанные с ними совокупности.

В случае разреженной материи доминирующей силой (за исключением на очень больших расстояниях) является последовательность естественной системы отсчета. Направление данной последовательности – направление наружу, но естественное направление вовне, к которому приспосабливается последовательность, пребывает вне единицы, поскольку естественный исходный уровень представляет собой единицу, а не нуль. Внутри единицы пространства, “вне единицы” – это вовнутрь, если смотреть в системе отсчета. Ввиду того, что размеры атомов и субатомных частиц помещают их в то, что мы назвали регионом времени (регионом внутри единицы пространства), ничто не препятствует случайному движению одного атома или субатомной частицы внутрь единицы пространства другого атома или субатомной частицы. Когда это происходит, последовательность системы отсчета двигает объекты вовнутрь, друг к другу, до тех пор, пока они не достигают положений равновесия, в которых уравновешиваются гравитационное движение и последовательность. Такие контакты редки из-за очень низких плотностей, но за долгий период времени редких контактов достаточно для того, чтобы построить молекулы и частицы пыли.

Посредством процесса такого контакта не может формироваться ничего большее, чем частица пыли, поскольку как только диаметр совокупности достигает единицы расстояния, 4,56x10-6 см, направление последовательности естественной системы отсчета относительно традиционной пространственной системы координат переворачивается. Наружу от единицы становится наружу друг от друга, и частицы движутся друг от друга. На фоне последовательности наружу работают межатомные силы сцепления. Они позволяют максимальному размеру относительно сложных частиц, таких как силикаты, превышать естественную единицу расстояния до ограниченной степени. Максимально достижимый диаметр составляет чуть меньше одного микрона (10-4 см). Вот объяснение этого “удивительного” факта, предоставленное Отто Струве:

“Удивительно, что частицы всех облаков почти одного размера… Должен существовать механизм, препятствующий росту частиц больше одного микрона”.

Средние размеры частиц близки к единице расстояния, эквивалентной 0,05 микрона. Симон Миттон сообщает о средних величинах, варьирующихся от 0,02 микрона у железа до 0,15 микрона у силикатов.

Каждая из индивидуальных сущностей с диаметрами больше единицы, существующая в примитивном разреженном объеме материи – молекулы, частицы пыли и осколки распавшихся больших совокупностей – пребывает далеко вне гравитационных пределов своих соседей. Поэтому последовательность естественной системы отсчета стремится отодвигать их друг от друга. Но движение наружу противоположно не только гравитационным силам соседей, но и движению вовнутрь за счет комбинированного гравитационного влияния всех масс внутри действующего расстояния.

Если мы начнем с данной точки в регионе разреженной материи и рассмотрим сферы с последовательно увеличивающимися радиусами, последовательность естественной системы отсчета намного больше, чем изначальное гравитационное влияние. Но общая гравитационная сила прямо пропорциональна массе, то есть, кубу радиуса при постоянной плотности, в то время как действие расстояния уменьшается пропорционально квадрату радиуса. Поэтому итоговая гравитационная сила, которую включенная в концентрические сферы масса оказывает на частицу на внешней границе, в каждом случае увеличивается прямо пропорционально радиусу сферы. Отсюда, хотя гравитационное движение (или сила) на коротких расстояниях почти незаметно по сравнению с последовательностью естественной системой отсчета, в конце концов, на очень большом расстоянии достигается равновесие.

Выше точки равновесия частицы материи стягиваются вовнутрь, к центру сферической совокупности. Но одновременно гравитационные силы из других подобных центров действуют на частицы в том же регионе пространства, и итоговым результатом является движение в обоих направлениях, оставляющее относительно свободное пространство между соседними совокупностями. Таким образом, исходный, обширный объем очень разреженной материи делится на ряд больших автономных гравитационно связанных совокупностей.

Современная астрономическая мысль рассматривает конденсацию облака пыли или газа как результат влияния относительной величины гравитационной силы и противоположных температурных сил. На этом основании трудно рассматривать любую крупномасштабную конденсацию. Как выразились Голд и Хойл:

“Попытки объяснить и расширение вселенной, и конденсацию галактик должны быть очень противоречивыми, пока рассматривается лишь одно гравитационное поле. Поскольку если расширяющей кинетической энергии материи достаточно для создания универсального расширения на фоне гравитационного поля, ее достаточно и для предотвращения локальной конденсации при гравитации и наоборот. Поэтому, по существу, образование галактик довольствуется лишь небольшим комментарием в большинстве систем космологии”.

Во вселенной движения силы, направленные вовнутрь и наружу, приходят к равновесию, как указывалось в предыдущих параграфах. Если бы равновесие сохранялось, не происходило бы конденсации, но непрерывное введение новой материи из космического сектора меняет ситуацию. Добавочная масса увеличивает гравитационную силу и провоцирует сжатие. Уменьшение расстояния между частицами еще больше увеличивает гравитационную силу. Таким образом, сжатие – это усиливающий сам себя процесс, и однажды начавшись, он ускоряется.

Два вышеописанных процесса - постепенное сжатие очень больших разреженных совокупностей и консолидация индивидуальных атомов и субатомных частиц в молекулы и частицы пыли - происходят одновременно. Существенное уменьшение количества отдельных единиц в совокупности в результате консолидации приводит к избытку пустого пространства внутри сжимающегося объема и вынуждает сжимающуюся сферу материи распадаться на большое количество меньших совокупностей, разделенных почти пустым пространством. Результат – шаровое звездное скопление, в котором большое количество суб-масс – вплоть до миллиона или больше – содержится внутри общего гравитационного предела большой сферической совокупности. Каждая суб-масса пребывает вне гравитационных пределов своих соседей и, следовательно, отодвигается от них, но притягивается вовнутрь гравитационной силой всей совокупности.

Множество внутренних конденсаций происходит возле остатков разрушившихся галактик, рассеянных в сжимающемся материале. В данном случае создающаяся относительно массивная сердцевина превращает массу в самосжимающуюся единицу. Если такое ядро отсутствует, силы шарового звездного скопления в целом удерживают суб-массы, и под влиянием внешних сил сжатие продолжается до тех пор, пока плотность адекватна для продолжения процесса.

Вот на чем спотыкаются современные астрономические теории формирования звезд. Они считают, что формирование звезд происходит в галактиках. Но, насколько мы знаем, в нашей, да и в любых других галактиках отсутствуют газы или пылевые облака, имеющие почти критическую плотность или каким-то образом повышающие плотность до критического уровня.

“Не представляется, что в любом водородном облаке в галактике Млечный Путь имеется достаточно материи, что позволяло бы ему сжиматься и быть устойчивым. По-видимому, наша попытка объяснить первую стадию эволюции звезд провалилась”.

Если сжатию суб-масс, содержащихся в шаровом звездном скоплении, позволяется продолжаться без влияния со стороны внешних агентов, гравитационная энергия положения (потенциальная энергия) составляющих их единиц – атомов, частиц и так далее – постепенно превращается в кинетическую энергию, и температура совокупности соответственно повышается. В какой-то момент масса становится самосветящейся, затем она осознается как звезда. Шаровое звездное скопление, как мы его наблюдаем, состоит из огромного количества звезд, разделенных большими расстояниями и образующих почти сферическую совокупность. Однако, стадии звездного скопления предшествует стадия, на которой составляющие единицы представляют собой предзвездные газовые облака, а не звезды.

Для выведения картины процесса конденсации звезд в глубинах космоса не потребовалось введение новых допущений или концепций. Мы просто взяли физические принципы и соотношения, уже полученные из развития следствий базовых постулатов о природе пространства и времени, описанных, например, здесь, и применили их к этим проблемам. Результаты исследования предложили не только ясную картину формирования звезд, но и показали, что формирование происходит при условиях, обязательно существующих в бесконечных регионах пространства. Таким образом, продемонстрировано, что создание звездных скоплений шарового типа, достаточных, чтобы отвечать требованиям более поздних фаз эволюционного развития, является естественным и неминуемым следствием допущений теории.

На самом деле шаровые звездные скопления являются маленькими совокупностями той же общей природы, что и галактики. “Нет резко выраженных границ, отличающих галактики от шаровых звездных скоплений”, – говорит Мартин Харуит. Таким образом, вышеописанный процесс предлагает ответы на обе главные астрономические проблемы: образование звезд и формирование галактик. Как известно, в современной астрономии отсутствует здравая теория формирования галактик. По словам Маккри: ”Мы еще не знаем, как взяться за проблему”. Ситуация в связи с образованием звезд немного другая вот в каком смысле: Хотя очевидно, что механизм формирования звезд еще не понят, создается общее впечатление, что пылевые облака в галактиках должны быть местами работы данного механизма.

В таких случаях как этот, когда общая тенденция мысли в любой сфере пребывает на неверном пути, причиной неизменно является некритическое принятие некоторых ошибочных выводов или заключений. Общее подчинение диктату Эйнштейна (превышение скорости света невозможно) направило исследование в непродуктивные русла. Теории, применяемые к более знакомым астрономическим объектам, перевели стрелку посредством другого ошибочного вывода, тоже привнесенного физиками. Это очень дорогостоящая ошибка – вывод, что процесс создания энергии в звездах заключается в превращении водорода в гелий и последовательно в более тяжелые элементы.

Развитие следствий постулатов, определяющих вселенную движения, приводит к абсолютно другому выводу о природе процесса создания звездной энергии. Ввиду того, что прямой способ определения происходящего внутри звезд отсутствует, все выводы в связи с процессом создания энергии должны основываться на рассмотрении косвенной природы. Следовательно, в размышлении на эту тему доминируют убеждения физиков в том, что самый энергетический известный им процесс обязательно должен быть процессом, посредством которого звезды вырабатывают энергию, не взирая на любое свидетельство противоположного, которое может существовать в других сферах науки. Тот факт, что они уже были вынуждены дважды менять свои выводы относительно процесса, не изменил данного подхода. Самому последнему изменению, от гипотезы гравитационного сжатия до гипотезы превращения водорода, предшествовала долгая и язвительная дискуссия с геологами, свидетельство которых показало, что геологическая история требовала намного больше времени, чем позволялось процессом гравитационного сжатия. В конце концов, физикам пришлось признать поражение.

Можно было бы ожидать, что смущающий результат противоречия вызовет определенную осторожность в притязаниях на самую новую гипотезу, но указание на это отсутствует. Сегодня имеются многочисленные астрономические свидетельства того, что нынешняя физическая гипотеза неверна, точно так же, как в XIX веке имелись многочисленные геологические свидетельства неверности геологических гипотез того времени. Но ученые так же не хотят прислушиваться к астрономическому свидетельству, как не хотели прислушиваться к геологическому свидетельству того времени. Астрономы не менее агрессивны, чем геологи, и не склонны подчиняться диктату физиков. Поэтому они игнорируют свидетельство своей собственной сферы и приспосабливают свои теории к гипотезе превращения водорода. Достаточно любопытно, что единственный, реальный вызов данной гипотезе в настоящее время исходит из довольно неприятного источника - трудновыполнимого эксперимента, интерпретация которого довольно спорна. Эксперимент предназначался для измерения скорости испускания нейтрино Солнцем. Количество наблюдаемых нейтрино оказалось намного меньше, чем предсказывалось на основании превалирующих теорий. “Это ужасная головоломка”, - говорит Ганс Бит.

“Эксперимент с нейтрино – один из самых интересных экспериментов, выполненных астрономией за последние годы. Кажется, он дал самые важные и неожиданные результаты. Самое меньшее, что мы можем заключить, - до прояснения сути дела, нам следует подходить ко всем теоретическим предсказаниям о внутреннем содержании звезд с большой осторожностью”.

Сам факт, что процессу превращения водорода серьезно угрожает неважный эксперимент такого вида, подчеркивает шаткий статус гипотезы, покоящейся почти целиком на отсутствии любой лучшей альтернативы. Гипотеза выработки энергии посредством любых процессов сгорания расшатывалась под действием силы того же довода. Тогда более возможным сочли гравитационное сжатие. Оно становится общепринятым физиками и яростно защищается от нападок геологов и других. Сейчас процесс превращения водорода стал каноническим взглядом, покоящимся на тех же основах, которые разрушились в двух предыдущих примерах. В каждом случае дело в отсутствии другой разумной альтернативы. Но в обоих ранних случаях оказалось, что такая альтернатива была. Даже без вклада теории вселенной движения, демонстрирующей наличие логичной и рациональной альтернативы, из прошлого опыта должно быть очевидным, что допущение “нет другого пути” абсолютно не подтверждено. Без такой опоры процесс превращения водорода – это не более чем спорная гипотеза, временный вывод, который должен устоять или потерпеть крах на основании того, как его следствия согласуются с физическими наблюдениями.

Ни одна теория, предусматривающая формирование звезд внутри галактик, не является убедительной до тех пор, пока теоретики не способны объяснить, как могут формироваться звезды в таком виде окружения. Одна из них, которая дополнительно требует, что самые массивные и самые энергетические звезды очень молодые, астрономически говоря, превращает неубедительность в абсурд. Даже некоторым астрономам трудно принять на веру такой вывод. Например, Барт Дж. Бок однажды заметил, что:

“Трудно принять, что некоторые из самых видных сверхгигантов, похожих на Ригель, сформировались недавно на космической шкале измерения времени”.

В контексте теории вселенной движения формирование единичных звезд или маленьких групп звезд путем конденсации из галактической пыли или газовых облаков невозможно. Плюс ко всем другим проблемам, сбившим с толку тех, кто пытался вывести механизм для данной цели, новая теория раскрывает, что имеется до сих пор неосознанная сила, работающая на фоне конденсации, сила, возникающая за счет последовательности наружу естественной системы отсчета, затрудняющая конденсацию еще больше. Никакая другая известная сила кроме гравитации не способна уплотнить разреженную материю в звезду. Гравитация может достигать подобного результата только в крупном масштабе, при условиях, в которых бесконечное количество звезд формируется вместе из газа и пылевой среды обширных размеров.

На этом основании шаровые звездные скопления являются самыми молодыми совокупностями материи, а звезды этих скоплений моложе всех звезд. Следовательно, астрономы переворачивают очередность возраста с ног на голову. Трудно поверить, что современная структура астрономической теории может содержать такую главную ошибку в своей базовой основе.

Существование множества общепризнанных противоречий и несогласованностей – это явное указание на то, что в основах современной астрономической теории есть что-то неверное. Развитие теории вселенной движения определяет сделанную ошибку. Некритичное признание сделанного физиками допущения привело к тому, что вывод, касающийся возраста и эволюции звезд, перевернут вверх дном.

ГРАВИТАЦИОННЫЙ ПРЕДЕЛ

Одной из самых значимых характеристик физической вселенной, какой она является согласно развитию следствий постулатов, определяющих вселенную движения, является существование пределов. Куда бы мы не посмотрели, мы сталкиваемся с неким видом ограничения – гравитационный предел, предел массы, предел возраста и так далее. Пределы существуют потому, что постулаты определяют вселенную как конечную, с величинами, которые начинаются не от нуля, а от единицы движения. То есть, от единицы скорости или от единицы энергии. Поскольку девиации (лат. deviatio - отклонение) от этих величин конечны, никогда не достигаются ни нуль, ни бесконечность (кроме как в математическом смысле, когда разница между двумя существующими количествами равной величины входит в какую-то физическую ситуацию).

Многие ошибки современной научной теории обязаны своим существованием непризнанию реальности этих пределов. Некоторые особенно далеко идущие выводы ошибочной природы, относящиеся к данной стадии нашего исследования, сделаны на основе Второго Закона Термодинамики. Этот закон выражается разными способами. Один из самых простых использует физическое количество, известное как энтропия, которое, по существу, является мерой недоступности энергии для совершения работы. На этом основании утверждение Второго Закона таково: энтропия вселенной непрерывно растет. Неосознанность любых пределов, относящихся к данному процессу, позволила сделать вывод, что вселенная пребывает на пути становления лишенным характерных черт единообразием, в котором не будет иметь места никакое значимое действие. Как выразился Маршал Уолкер: “По-видимому, вселенная “истощается”, и в отдаленном будущем она будет состоять из неупорядоченного холодного супа из материи, рассеянной в пространстве при постоянной температуре нескольких градусов выше абсолютного нуля”. Многие писатели обходятся без таких слов, как “по-видимому” и выражают эту точку зрения бескомпромиссными терминами. Например, Пол Дэвиес выражается так:

“До тех пор, пока все наше понимание материи и энергии останется полностью неверным, неминуемость конца мира вписана в законы природы”.

Джеймс Джинс, пишущий на полвека раньше, уже был в этом твердо убежден и высказывал такое же “позитивное” утверждение:

“Энергия еще есть, но она утратила всякую способность к изменению. Мы остаемся с мертвой, хотя, возможно, теплой вселенной – “тепловой смертью”. Таково учение современной термодинамики. Нет причин сомневаться или ставить это под вопрос; и, конечно, это так веско подтверждено всем нашим земным опытом, что было бы трудно найти любое положение, открытое для нападения”.

Но в те ранние дни, когда идея “тепловой смерти” была новой и еще спорной, Джинс счел необходимым резонно объяснить, как пришли к такому выводу (некоторые современные последователи ученого обычно этим не утруждаются), и по ходу объяснения говорит:

“Таким образом, основной физический процесс вселенной заключается в энергии чрезмерно высокой доступности, которая, будучи закупорена в атомных и ядерных структурах, преобразуется в тепло-энергию на самом низком уровне доступности”.

Как мы видели в других работах, это не “основной физический процесс вселенной”. Это просто один из второстепенных процессов, вихрь в главном потоке. Первичный процесс материального сектора вселенной не начинается с энергии высокой интенсивности, “закупоренной в атомных структурах”; он заканчивается в такой форме, в результате длительного периода объединения под влиянием гравитации. Состояние высокой интенсивности – это один из пределов первичного физического процесса. Второй предел – высоко дисперсное состояние, с которого начинается объединение. Эти пределы можно сравнить с высокими и низкими точками при движении маятника. В наивысшем положении маятник неподвижен, но подвергается действию гравитации. Гравитационная сила толкает его вниз до нижнего предела, но при этом придает ему движение, затем движение толкает маятник назад до того уровня, с которого все начиналось. Аналогично, новая материя в материальном секторе сильно рассеяна и неподвижна. Гравитационные силы толкают рассеянные единицы вовнутрь до предельной концентрации, но при этом придают материи систему движений. Движения начинают цепь событий, которая в конечном итоге приводит материю обратно, в то же состояние рассеянности и неподвижности, с которого все начиналось.

Определение фундаментального действия вселенной как циклического процесса влечет за собой существование пределов у разных вспомогательных количеств. Эта статья будет посвящена исследованию некоторых самых значимых пределов.

Система Теории Обратной Взаимообусловленности (СТОВ) имеет дело исключительно с единицами движения, следовательно, она количественная с самого начала. Как отмечалось, количественное развитие идет рука об руку с качественным развитием, поскольку теория расширяется в дополнительные сферы и входит в большие детали. Однако вплоть до нынешнего тома (3) обращение с предметом обсуждения было почти полностью качественным. На это есть две причины. Во-первых, объекты, с которыми имеет дело астрономия, – это совокупности того же вида материи, которая обсуждалась в предыдущих томах, отличаясь лишь диапазоном размеров совокупностей. И диапазон условий, в которых пребывают эти совокупности, намного больше, чем в предварительно обсужденных ситуациях. Поэтому, в общем и целом, количественные соотношения, применимые к астрономическим совокупностям, – это те же самые соотношения, разработанные в предыдущих томах. Таким образом, одна причина, почему на предыдущих страницах данного тома не так много количественных обсуждений в том, что большинство имеющихся количественных соотношений уже раскрыто в предыдущих томах.

Из-за его фундаментальной природы, главным из них является гравитационный предел. На основании общих принципов, изложенных в томе 1, гравитационный предел массы – это расстояние, на котором гравитационное движение вовнутрь другой массы по направлению к рассматриваемой массе равно его движению наружу благодаря последовательности естественной системы отсчета относительно нашей стационарной системе отсчета. Если единица гравитационного движения действует непосредственно против единицы скорости наружу, переданной единице массы посредством внешней последовательности системы отсчета, гравитационный предел для единицы массы был бы равен одной естественной единице пространства по причине взаимосвязи между естественными единицами, обсужденной в томе 1. Но гравитационный эффект распределяется на все многие пространственные переменные и вращательного и поступательного движения, и его действующая величина уменьшается пространственным распределением. Как мы видели в предыдущих томах, распределение вращения растягивается на 128 единиц в каждом измерении. Поскольку движение в пространстве включает три измерения пространства и одно измерение времени, общее распределение вращения составляет 1284. Кроме того, имеется поступательное распределение на 8 единиц, которое мы уже определили как линейный максимум. Тогда общее количество распределений равно 8 x 1284 = 2,1475 х 104. Это значит, что гравитационное движение распределяется на 2,1475 х 109 единиц, только одна из которых действует против последовательности наружу естественной системы отсчета на линии последовательности. Таким образом, действующий компонент гравитационной силы (движения) уменьшается на это соотношение, соотношение вращения, как мы его называем.

Поскольку одномерный аналог этого соотношения вращения, межрегиональное соотношение, включает дополнительный компонент, составляющий 2/9 от 128-ми единиц вращения, увеличивая соотношение до 156,444, может возникнуть вопрос, почему соотношение вращения не содержит подобный дополнительный компонент. Объяснение таково: атомное вращение – это вращение линейной вибрации. Следовательно, общее атомное движение распределяется на вибрационные единицы (2/9 от 128-ми) так же, как и на 128 единиц вращения. Но 8-единичное поступательное распределение, включенное в соотношение вращения, охватывает все возможное линейное движение, включая базовые вибрационные движения, которые вращаются. Таким образом, соотношению вращения не требуется никакой дополнительный термин.

Внутри гравитационного предела действующее гравитационное движение (или сила) обратно пропорционально квадрату расстояния. Без распределения на множественные единицы уравнение равновесия при условиях единицы было бы m/do2 = 1; то есть, гравитационная сила, действующая на естественную единицу массы на естественной единице расстояния, пребывала бы в равновесии с единицей силы последовательности естественной системы отсчета. Распределение гравитационной силы уменьшает ее эффективную величину на соотношение вращения. Тогда действующее равновесие таково.

4,65661 x 10-10 m/do2 = 1 (14-1)

Решая для do гравитационного предела, мы получаем:

do = 2,15792 x 10-5 m½ (14-2)

Чтобы преобразовать это уравнение из естественных в традиционные единицы, мы делим коэффициент на число естественных единиц расстояния в световом годе, 2,0752 x 1023, и на квадратный корень из числа грамм в естественной единице массы, 1,65979 x 10-14. Тогда в терминах световых лет и грамм уравнение 14-2 принимает вид:

do = 8,0714 x 10-17 m½ св.лет (14-3)

Масса Солнца вычислена как 2 x 1033 грамм. Применяя коэффициент уравнения 14-3, мы находим, что гравитационный предел Солнца составляет 3,61 световых года. Это соответствует наблюдаемым разделениям. Самая ближайшая звезда Альфа Центавра находится на расстоянии 4,3 световых года, а среднее разделение звезд поблизости от Солнца оценивается где-то меньше 2 парсеков или 6,5 световых года. Сириус, ближайшая звезда, большая, чем Солнце, имеет гравитационный предел 5,3 световых года и находится от Солнца на расстоянии 8,7 световых лет, что пребывает в рамках данного предела.

Очевидно, что такое распределение очень большого числа объектов в пространстве, где минимальное разделение составляет 2/3 среднего, на низкой стороне требуется некий вид барьера; это не может быть следствием чистой случайности. Результаты настоящего исследования показывают, что причина того, почему звезды по соседству с Солнцем не приближаются друг к другу ближе, чем на 4 световых года, в том, что они не могут это cделать. Такая находка автоматически упраздняет все теории, говорящие о том, что звездные системы входят в контакт или тесное приближение (как предполагается в некоторых теориях образования планетарных систем), и все теории, настаивающие на прохождении одной совокупности звезд через другую (такие как ныне принятая теория “вытянутых прямолинейных орбит” сферических скоплений).

Более того, результаты показывают, что изоляция индивидуальной звездной системы постоянна. Системы будут оставаться отделенными на те же самые огромные расстояния, потому что каждая звезда, или звездная система, или до-звездное облако непрерывно притягивает материал внутри гравитационного диапазона, и это препятствует накоплению материи, достаточной для формирования другой звезды в данном объеме пространства. Регион в области гравитационного предела каждой звезды зарезервирован только для этой звезды.

Межзвездное расстояние, вычисленное из числа звезд на единицу объема, меньше внутри сферических скоплений и центральных регионов галактик. Но поскольку трехмерный регион пространства простирается лишь до гравитационного предела, уменьшение объемных измерений за границы этого предела, благодаря гравитационному эффекту совокупности в целом, пребывает в эквивалентном пространстве, а не в реальном пространстве. Следовательно, это не меняет пространственную связь звезды с гравитационными пределами ее соседей.

Галактические массы обычно выражаются в терминах единицы, равной солнечной массе. Поскольку мы уже оценили гравитационный предел Солнца, мы можем выразить уравнение 14-3 для применения к галактикам в традиционной форме:

do = 3,61 x (m/ms)½ св.лет (14-4)

Данное соотношение позволяет нам подтвердить выводы в связи с процессом каннибализма, посредством которого гигантские сферические галактики достигли своих нынешних размеров. Как отмечалось, развитие теории указывает на то, что такие большие галактики, как галактика Млечный Путь, притягивают не только большое количество диффузного материала, но и отдельные звезды, шаровые скопления и мелкие галактики. Магеллановы Облака определены как галактики, пребывающие в процессе захвата. Чтобы захват имел место, более мелкая единица должна пребывать внутри гравитационного предела большей единицы. Тогда давайте рассмотрим включенные расстояния.

Оценки массы Галактики ранжируются от 1011 до 5x1011 солнечных масс. Если для нынешних целей мы примем промежуточную величину 3x1011, уравнение 14-4 определяет гравитационный предел около двух миллионов световых лет. На этом основании, Магеллановы Облака пребывают на пути быть захваченными Галактикой.

Также говорилось, что неоднородные структуры Магеллановых Облаков возникли за счет искажения изначальных спиралевидных или эллиптических структур различиями между гравитационными силами, действующими на разные части Облаков. Диаметр облаков составляет приблизительно 20.000 и 30.000 световых лет соответственно. Очевидно, такие расстояния слишком большие по отношению к расстоянию от Галактики, чтобы создавать значимые различия между силами, действующими на ближайшие стороны Облаков, и силами, действующими на их удаленные стороны.

Оба открытия в связи с Магеллановыми Облаками можно обобщить. Мы можем сказать, что любые галактики внутри расстояния около двух миллионов световых лет такой большой галактики, как галактика Млечный Путь, пребывают в процессе захвата галактикой и, в конце концов, будут захвачены. Также мы можем сказать, что любая галактика, пребывающая на пути быть захваченной, будет подвергаться структурному искажению на последних стадиях приближения.

Вычисления, поддерживающие теоретические выводы о том, что сейчас происходит с шаровыми скоплениями и мелкими галактиками, находящимися поблизости от больших совокупностей, можно расширить для подтверждения дальнейших выводов о том, что произойдет в будущем по мере продолжения эволюционного развития галактик. В первоначальном обсуждении процесса объединения указывалось, что вероятность роста посредством захвата зависит от расположения гравитационного предела. Объединение двух звездных систем не может иметь места, если каждая система пребывает вне гравитационных пределов всех других, и такие пределы могут растягиваться только с относительно низкой скоростью, поскольку в межзвездном пространстве нет ничего, что подвергалось бы захвату другими, кроме диффузной материи и нескольких мелких объектов, таких, как кометы. С другой стороны, теоретическое рассмотрение ситуации продемонстрировало, что шаровые скопления и ранний вид галактик пребывают внутри гравитационных пределов своих соседей из-за природы процесса, посредством которого они формировались. Следовательно, объединение таких объектов в большие и большие совокупности продолжается до тех пор, пока большая часть массы в каждом крупном регионе пространства не соберется в одну гигантскую сфероидальную галактику.

Эти теоретические открытия позволяют предположить, что большинство галактик, включенных в то, что известно как Локальная Группа – наш Млечный Путь, Галактика Андромеда, М33, недавно открытые галактики Маффеи и значительное число меньших совокупностей – в конце концов, объединятся. В целях оценки вероятности такого результата, давайте посмотрим на гравитационные пределы. Мы нашли, что если взять средние нынешние оценки размера нашей галактики, ее гравитационный предел составляет около двух миллионов световых лет. Но если мы возьмем самые высокие из ранее приведенных величин, предел станет два с половиной миллиона световых лет. Обычно считается, что Галактика Андромеда, М31, находящаяся на расстоянии двух миллионов световых лет, больше, чем наша собственная галактика. Следовательно, если более высокая оценка массы Млечного Пути верна, мы уже пребываем внутри гравитационного предела М31.

Если реальные массы меньше, чем указывают оценки, такой вывод преждевременный. Но М31 растет. Межгалактическое пространство содержит множество материальных совокупностей – шаровых скоплений, неуплотненной пыли и газовых облаков размером с шаровое скопление, карликовых галактик и блуждающих звезд – и все они подвергаются захвату гигантскими спиралями, наряду с количествами диффузной материи. Если Млечный Путь еще не пребывает внутри гравитационного предела М31, он определенно будет находиться внутри этого предела, если процесс захвата еще немного продолжится. А пока, общая масса разных совокупностей и диффузной материи между крупными галактиками помогает удерживать Локальную Группу вместе, пока те галактики продолжают свой каннибализм. Таким образом, вычисление гравитационных пределов локальных галактик подтверждает теоретический вывод из менее обобщенных допущений, что конечным результатом эволюционного процесса будет гигантская сфероидальная галактика, содержащая большую часть массы Локальной Группы.

Возможно даже, что больший, до сих пор не обнаруженный член группы сможет поглотить и М31, и галактику Млечный Путь. Огромный объем пространства в непосредственной близости от нас скрыт от наблюдения густыми частями нашей галактики, и мы не знаем, что находится позади этого барьера. На перифериях этой ненаблюдаемой зоны совсем недавно были открыты две галактики Маффеи, и имеются сообщения, указывающие на существование еще двух, пребывающих в “малоизвестном регионе в Лебеде”. Говорят, что одна из них – “яркая эллиптическая”. Если это так, тогда эллиптическая галактика может быть доминирующим членом Локальной Группы.

Вывод о грядущем объединении большей части массы Локальной Группы конфликтует с ныне принятым астрономическим мнением, выраженным Горенстейном и Такером, которые категорически утверждают, что “вероятность грядущего столкновения нашей галактики с галактикой Андромеда близка к нулю”. Но подобное мнение – это пережиток традиционного взгляда на галактики как на объекты, возникшие в своей настоящей форме на ранних стадиях существования вселенной и движущиеся случайно. И на взгляде, что, хотя это еще ортодоксальная доктрина, она постепенно уступает свое место, поскольку накапливается все больше и больше свидетельств о столкновениях галактик и каннибализме.

Еще одна важная интересующая нас величина – предельное расстояние, за границами которой все галактики отступают на полной скорости света. Важность этого расстояния в том, что его связь со скоростью света определяет темп увеличения скорости рецессии относительно расстояния. Астрономы называют эту величину константой Хаббла. Это еще один момент, когда теория вселенной движения приходит к выводам, противоположным тем, к которым пришли астрономы на основании рассмотрения лишь части наблюдаемой информации, им доступной, что существование галактической рецессии скорости пропорционально расстоянию. На такой непрочной основе они разработали каркас допущения и умозаключения, который служит в качестве ортодоксальной теории крупномасштабной деятельности вселенной. Космологические аспекты этой теории обсуждаются в последних главах третьего тома. Сейчас нас заботит скорость рецессии. При отсутствии любого противоположного свидетельства, астрономы допустили, что константа Хаббла – это фиксированная характеристика физической вселенной. Далее они предположили, что увеличение скорости рецессии с увеличением расстояния продолжается бесконечно, асимптотически приближаясь к скорости света.

Хотя в свете информации, доступной их создателям, эти два допущения кажутся резонными, развитие теоретического понимания процесса рецессии показывает, что оба они неверны. Галактикам не свойственна рецессия. Это общее свойство вселенной, взаимосвязь между системой отсчета, которой пользовались мы, и системой отсчета, которой реально соответствуют естественные феномены. Она применяется не только к галактикам, но и ко всем материальным объектам и нематериальным сущностям, таким как фотоны. Движение фотонов вовне со скоростью света – это тот же феномен, что и рецессия галактик. Они отличаются лишь тем, что рецессия галактик замедляется противодействующими гравитационными силами, в то время как фотоны не подвергаются любому значимому количеству гравитационного замедления, за исключением непосредственной близости от очень больших масс. “Константа Хаббла” не является основным свойством физической вселенной, как это допускается сейчас. Подобно гравитационному пределу, это свойство каждой индивидуальной совокупности массы. В применении к галактической рецессии эта так называемая константа является функцией общей галактической массы, за исключением приближающихся шаровых скоплений и гало звезд, пребывающих в свободном падении.

Допущение, что скорость света – это предельная величина, никогда не достигаемая скоростью рецессии, тоже опровергается теоретическими открытиями. Как мы видели в начале этой главы, эффект распределения гравитационного движения на все вращающиеся и поступательно движущиеся единицы, вовлеченные в атомное вращение, требует 2,1475х109 единиц (гравитационной) массы, чтобы противостоять каждой единице движения вовне естественной системы отсчета. Точка, в которой это требование выполняется, и есть гравитационный предел. Здесь итоговая скорость относительно традиционной пространственной системы отсчета равна нулю. Выше гравитационного предела уменьшенная гравитационная скорость способна нейтрализовать лишь часть последовательности вовне; и имеется результирующее движение вовне – галактическая рецессия.

Результирующая скорость вовне увеличивается с расстоянием, но она не может продолжать увеличиваться бесконечно. Со временем затухание гравитационного движения с расстоянием понижает ее до момента, когда оставшегося движения каждой единицы массы достаточно лишь для того, чтобы охватывать распределение единиц измерения, вовлеченных в непосредственный одномерный контакт между движением в пространстве и движением во времени. Меньше, чем эта величина (естественная составная единица), не существует. Следовательно, выше этой величины гравитационный эффект полностью устраняется, и рецессия имеет место на полной скорости света. Таким образом, предельное расстояние, которое нас интересует, может быть получено путем подстановки одномерного соотношения, 128(1+2/9)=156,44 (ранее определенная, как межрегиональное соотношение) в соотношение вращения в уравнении 14-1. Тогда новое уравнение силы будет выглядеть так:

1/156,44 x m/d1 = 1 (14-5)

И вновь, решая уравнения для расстояния, которое в данном случае называется d1, мы имеем:

d1 = m½/12,55 (14-6)

Тогда в терминах солнечной массы мы получаем:

d1 = 13350 (m/ms)½ св. лет (14-7)

Если мы вновь возьмем промежуточную оценку массы Галактики, которая использовалась раньше, 3x1011 солнечных масс, и применим ее для уравнения 14-7, мы найдем, что предельное расстояние d1 составляет 7,3x109 световых лет. Пренебрегая относительно коротким расстоянием между галактикой и ее гравитационным пределом, мы можем вычислить расстояние от нашей галактики до любой другой галактики той же или меньшей массы. Это достигается превращением красного смещения в спектре той галактики в естественные единицы (дроби скорости света) и умножением на 7,3x109 световых лет или 2,24x109 парсек. Это эквивалентно величине 134 км/сек на миллион парсек для константы Хаббла.

Вычисленная величина для константы Хаббла не применяется к рецессии галактики большей, чем наша, поскольку действующая гравитационная сила, определяющая предельное расстояние, – это сила, оказываемая большей из двух совокупностей. С этой точки зрения масса меньшей совокупности не существенна. Верно, что контролирующая сила оказывает большее гравитационное влияние на большую массу, чем на меньшую массу. Но противоположный эффект последовательности естественной системы отсчета подвергается такому же пропорциональному увеличению, и точка равновесия остается неизменной. Астрономы оценивают величину константы Хаббла, базируясь, исключительно, на наблюдениях более массивных галактик, тех, которые легче всего наблюдать. Массы таких гигантских галактик довольно неопределенны, и оценки широко варьируются, но в качестве грубого приближения можно взять массу галактики минимального размера, в 10 раз меньше галактики Млечный Путь. Подставляя эту массу вместо величины, использованной в предыдущих вычислениях, мы получаем константу Хаббла, равную 42 км/сек на миллион парсек.

Величина, ныне принятая большинством астрономов, составляет 50-60 км/сек на миллион парсек. До 1952 года эта величина была 540. В 1959 году она понизилась до 150. Последующие пересмотры понизили ее еще больше, до принятых ныне 50 или 60. Самые последние результаты совпадают с теоретически вычисленными величинами с точностью определения галактической массы.

Испускание излучения из вращающихся атомов материи тоже подвергается пространственному распределению, но излучение – это намного более простой процесс, чем гравитационное взаимодействие; соответственно, распределение более ограничено. Как отмечалось в томе 2, где обсуждалось пространственное распределение, действующее в гравитации, теоретические выводы в связи с пространственным распределением первичных движений еще не вполне определенные, хотя удовлетворительное согласование с наблюдением оказывает им значительную поддержку. На основании этих открытий представляется, что распределение излучения соответствует 128-ми основным положениям вращения в одном измерении.

Применение этого распределения к тому, что нас сейчас интересует, – это влияние на величину роста длины волны излучения (красное смещение) благодаря последовательности движения вовне системы отсчета. Поскольку все физические сущности являются субъектами этой последовательности, она не действует на обычные физические феномены, но меняет нейтральную точку, границу между движением в пространстве и движением во времени. Последовательность вовне в пространстве относительно места, с которого мы выполняем наши наблюдения, сдвигает границу в направлении более длинных длин волн. Наблюдатели в космическом секторе (если таковые имеются) видят подобный сдвиг в направлении более коротких длин волн.

Ввиду того, что естественная единица в вибрационном движении представляет собой полуцикл, цикл – это удвоенная единица. Следовательно, длина волны, соответствующая единице скорости, составляет две естественные единицы расстояния или 9,118x10-6 см. Распределение на 128 позиций увеличивает действующее расстояние до 1,167x10-3 см (11,67 микрона). Тогда это и есть действующая граница между движением в пространстве и движением во времени, как она наблюдается в материальном секторе. На высокочастотной (коротковолновой) стороне границы впервые появляется дальнее инфракрасное излучение, от 1,167x10-3 см до 7x10-5 см, затем от границы ближнего инфракрасного до 4x10-3 см тянется оптический регион, а потом следуют регионы рентгеновского и гамма излучения на самых высоких частотах. Из-за обратного соотношения между пространством и временем, эти высокочастотные регионы копируются на низкочастотную (длинноволновую) сторону от нейтрального уровня.

Ввиду того, что процессы региона ниже единицы скорости включают перенос дробных единиц скорости, то есть, единиц энергии, частоты обычного излучения от этих процессов пребывают на энергетической стороне границы. Это высокочастотное излучение. На скоростях выше единицы ситуация обратная. Физические процессы на этих скоростях включают передачу дробных количеств энергии, а частоты обычного излучения пребывают на стороне скорости границы единицы. В регионах, доступных нашему наблюдению, такие низкочастотные процессы менее обычны, чем те, которые находятся в высокочастотном диапазоне, а инструментарий, созданный для того, чтобы иметь дело с ними, намного менее продвинутый. Соответственно, они не очень хорошо известны, и распознано только два подразделения. Дальний инфракрасный соответствует инфракрасному и оптическому диапазонам, а радио диапазон соответствует диапазонам рентгеновского и гамма излучения.

Термин “обычный” в предыдущем параграфе относится к излучению в полных единицах вида, уместного для скорости испускающих объектов. Например, тепловое излучение – это продукт процессов, работающих на скоростях ниже единицы (скорость света). Полные единицы, создающиеся на таких скоростях, содержат частоты на верхней стороне границы единицы. Дробные единицы не существуют, но прибавление или вычитание единиц времени может создавать эквивалент дробных изменений в количестве пространства. Это позволяет расширение части распределения частоты теплового излучения в дальнюю инфракрасную область, ниже уровня единицы. По существу, если излучающий объект холодный, он может испускать исключительно в этом нижнем диапазоне. Но если излучающий объект достаточно горячий для производства существенного количества излучения, большая часть излучения пребывает в диапазонах верхней частоты. Таким образом, сильное тепловое излучение исходит от материи в диапазоне скоростей ниже единицы. Тот же принцип применим к излучению, создаваемому любыми другими процессами диапазона низких скоростей. И наоборот, сильное излучение обратного типа – дальнее инфракрасное и радио излучение – исходят из материи в верхних диапазонах скоростей (выше единицы).

Существование резкой разделяющей линии между видами объектов, излучающих в ближнем инфракрасном диапазоне и дальнем инфракрасном диапазоне, четко осознается даже на этой довольно ранней стадии инфракрасной астрономии, но факт существования одинаково резкого разграничения в природе излучения от этих объектов еще не осознан астрономами. Например, Нейгебауэр и Беклин полагают, что наблюдаемое сильное излучение от некоторых объектов на 100 микронах является “тепловым излучением из пыли, нагретой светом звезды”, то есть по существу, оно эквивалентно излучению от холодных звезд. Хотя они также сообщают, что объекты, сильно излучающие на 2 микронах (ближний инфракрасный) отличаются от тех, которые излучают на 20 или 100 микронах (дальний инфракрасный). Десятью самыми яркими источниками на 2 микронах являются все звезды: три супергиганта, три гиганта и четыре длиннопериодические переменные. Те же звезды, очень яркие в видимом диапазоне. С другой стороны, ни один из десяти самых ярких источников на 20 микронах не является обычной звездой. Они включают центр галактики, несколько туманностей и ряд объектов, природа которых еще не до конца ясно понята. Как говорят исследователи: “В настоящий момент информация, необходимая для однозначного понимания источников, отсутствует”.

Наши открытия показывают, что все, что нужно, – это осознание существования границы единицы на 11,67 микрона. Сильное излучение в дальнем инфракрасном диапазоне, выше 11,67 микрона, исходит из материи со скоростями в более высоких диапазонах, а не из относительно холодных тепловых источников, подобных источникам, слабо излучающим в дальнем инфракрасном диапазоне. Как мы увидим на последующих страницах, сильное инфракрасное излучение – это одна из заметных характеристик объектов, которые мы будем определять как включающие движение в верхнем диапазоне скоростей: квазары, галактики Сейферта, ядра других больших галактик, взрывающиеся галактики, такие как М82, и так далее. Инфракрасное излучение от квазаров оценивается в 1.000 раз больше излучения в видимом диапазоне. Связь между инфракрасным излучением и излучением в радио диапазоне (которую мы определили как верхний диапазон скоростей) – вот еще одна характеристика этих объектов, которые, как и инфракрасное излучение, не объясняются современной астрономической теорией. Значимость результатов обзоров инфракрасных источников внутри Галактики, таких как сообщенных Нейгебауэром и Беклиным, в том, что они демонстрируют существование демаркационной линии между дальним инфракрасным излучением верхнего диапазона скоростей и ближним инфракрасным излучением скоростей ниже единицы.

В случае сложных объектов, в которых сильно выражены и верхний диапазон, и обычные скорости, существование прерывности очевидно из спектра. Например, наблюдения IRAS показывают, что “спектр туманности Краба “разрывается” или преобладает в дальнем инфракрасном диапазоне”, приводя к выводу, что “в инфракрасном регионе должно происходить нечто, что лежит между ближним инфракрасным диапазоном и радио полосами”.

Как мы видели, обратный процесс прибавления энергии достигается увеличением скорости в диапазоне ниже уровня единицы. Прибавление n-1 единиц энергии к нулевой скорости (1-1/1) дает скорость 1-1/n2. Очевидно, что это очень неэффективный способ увеличения скорости ввиду того, что большое приращение энергии производит лишь очень маленькое приращение скорости. Более того, максимальная скорость, которой можно достичь такими средствами, ограничена одной единицей (то есть, скоростью света). Но, несмотря на эти очень неблагоприятные аспекты, именно так осуществляются приращения скорости в диапазоне между нулевой скоростью и единичной скоростью, просто потому, что отсутствует альтернатива. Дробных единиц скорости не существует.

Далее будем рассматривать в основном феномены, которые имеют место на скоростях больше единицы, и одним из аргументов против реальности таких скоростей, выдвигаемым приверженцами ортодоксальной физической мысли будет то, что количество энергии, требующейся для создания скоростей такой величины, невероятно высоко. Конечно, такие аргументы уже выдвигались против допущений, что требования испускания галактических фрагментов на скоростях – это просто приближение к скорости света. Ответ на эти возражения таков: верхний диапазон скоростей не создается недостаточным обратным процессом прибавления энергии; они создаются непосредственным прибавлением единиц скоростей, намного более эффективным процессом.

Чтобы проиллюстрировать разницу, давайте рассмотрим процесс прибавления энергии или скорости к уже упомянутой исходной ситуации, когда энергия равна единице и результирующая скорость составляет 1-1/1=0. (Большая часть скоростей в материальном секторе представляет собой разницы (1 - 1/n2) - ( 1 -1/m2), но будет удобнее иметь дело с более простой ситуацией.) Если мы прибавим две единицы к энергетическому компоненту, результирующая скорость увеличится до 1-1/9=0,889. С другой стороны, если мы прибавим две единицы к скоростному компоненту, результирующая скорость возрастет до 3-1/1=2,000 – порог диапазона ультравысокой скорости. Значимость данных цифр в том, что во вселенной движения единица энергии и единица скорости эквивалентны. Отсюда следует, что событие, способное увеличить результирующую скорость объекта лишь на 0,889 процессом прибавления энергии, способно увеличить ее до 2,000 посредством процесса приращения скорости, если скорость доступна в величинах единиц. Вывод, к которому мы пришли в результате теоретического развития таков: материя достигает пределов возраста и размера при условиях, которые приводят к гигантским взрывам, когда, по существу, скорость высвобождается в количестве единиц и доступна для ускорения продуктов взрыва до верхнего диапазона скоростей. Это значит, что промежуточные и ультравысокие скорости удовлетворяют возможности известных процессов.

Возможно, большинство читателей, сталкивающихся с подобной идеей впервые, сочтут ее странным и беспрецедентным прибавлением к физической мысли. Но, по существу, базовый принцип тот же, что управляет известным и общепринятым видом физической ситуации. Единственное новшество в том, что до сего времени данный принцип не осознавался как применяемый к ныне обсуждаемым феноменам. Истина в том, что мы просто имеем дело с пороговым эффектом, чем-то, с чем мы часто встречаемся в физической теории и практике. Хороший пример – фотоэлектрический эффект. Чтобы испускать электроны из холодного металла, частота сталкивающегося излучения должна быть выше определенного уровня, пороговой частоты. Такого результата можно достичь увеличением общего количества низкочастотной энергии. Испускание совсем не будет иметь места до тех пор, пока не будет доступной энергии в виде единиц требующегося размера. Если используются единицы такого размера, будет достаточно даже небольшого количества общей энергии. Создание скоростей выше скорости света управляется тем же видом ограничения. Должны быть доступны единицы скорости требуемой величины.

Ряд других величин, значимых для количественного описания эволюции содержимого вселенной, пребывает в процессе вычисления в соответствии с представленной теоретической основой. Сюда входят такие величины, как средняя продолжительность разных стадий эволюции, максимальные и минимальные размеры разных совокупностей и так далее. Недостаток времени препятствует проведению любого систематического исследования этих тем, но в качестве побочных продуктов изучений для других целей уже получены некоторые результаты. В основном, это свойства объектов, движущихся в верхнем диапазоне скоростей. Но обсуждать их удобнее в связи с общим исследованием феноменов высших диапазонах скоростей, что и делается в последующих главах 3 тома.

ПРЕДЕЛЫ ПРОМЕЖУТОЧНЫХ РЕГИОНОВ

Теперь мы готовы начать полномасштабное изучение еще одного из регионов, на которые делится вселенная, который появляется при единице скорости пространства-времени.

Как выведено на предыдущих страницах и в более ранних томах, регион, который может быть точно представлен в пространственной системе отсчета, является далеко не всей физической вселенной. Существует еще одна, не менее обширная, и столь же стабильная область, которая не может быть представлена в любой пространственной системы отсчета, но может быть правильно представлена в виде трехмерной системы отсчета времени, и есть большая, относительно нестабильная переходная зона, между этими двумя регионами стабильности. Явления этой переходной зоны не могут быть точно представлены в виде пространственной или временной системы координат.

Кроме того, есть еще одна область, в конце каждого скоростного энергетического диапазона, полученная не на границе скорости единицы, а на единице границы времени и пространства. В крупномасштабных явлениях, движение во времени встречается только на высоких скоростях. Но поскольку инверсия движения в пространстве в движение во времени - результат взаимной связи между пространством и временем, подобная инверсия также происходит там, где масштабы пространства, вовлеченного в движение, падает ниже величины уровня. Здесь движение в пространстве не возможно, потому что пространства, меньше, чем единица, не существует, но эквивалент движения в пространстве, может быть получен путем добавления движения во времени, поскольку энергия n/1 (n единиц энергии) эквивалентно скорости 1/n. Этот регион в одну единицу пространства, область времени, как мы назвали его, потому что все изменения, которые происходят во времени, параллельны с аналогичными пространственного региона, но на другом конце скорости - энергетический диапазон. Здесь, эквивалент движения во времени, полученный внутри единицы времени, добавляется к движениям в пространстве.

С добавлением этих двух небольших регионов, скорость/энергетическая область вселенной может быть представлена таким образом.

Степень, в которой наш взгляд на физическую вселенную был расширен при развитии теории вселенной движения, позволяет видеть, что один из разделов этой диаграммы, с пометкой "3d (трехмерное) пространство" - это всего лишь часть целого, которая была признана традиционной наукой, это единственный регион, который является легкодоступным для наблюдения человека, и подавляющее большинство физических явлений, приходят из этой трехмерной пространственной области. Но трудности физической науки, в настоящее время, возникают в основном из предположения, что ничего не существует вне области трехмерного пространства.

Путем создания необходимых следствий постулатов, которые определяют вселенную движения, мы определили природу и свойства первичных сущностей и явлений в регионе трехмерного пространства- времени. Обратный регион, область трехмерного времени-пространства, не наблюдаем, но, поскольку он является точной копией региона, который мы рассмотрели в деталях, выводы, в отношении наблюдаемого региона, также применимы к пространственным и временным местам в двух обратных регионах. Подразделения, которые предстоит изучить, являются переходной зоной между двумя трехмерными областями, определенными в схеме, как скалярные зоны.

Разделение двух секторов вселенной на отдельные регионы, является результатом того, что связь между естественной и обычной системами отсчета, изменяется на каждом уровне подразделения, потому что естественные системы относятся к единице, в то время, как обычные системы, связаны с нулем. Естественной системой является та, в которой вселенная соответствует любому процессу, который, по сути, продолжается без изменения при переходе региональной границы , и не соответствует, в контексте произвольной фиксированной пространственной системы отсчета. Каждый регион, таким образом, имеет свои особые характеристики, когда рассматривается по отношению к пространственной системе отсчета.

Поскольку три скалярных измерения являются независимыми, максимальная скорость в каждом - две единицы, как показано на рисунке.

Таким образом, существует всего шесть единиц скорости (или энергии) между абсолютной скоростью ноль и абсолютной энергией ноль. Отсюда следует, что нейтральная точка находится на трех единицах. В любом месте, если скорость ниже этого уровня, то движение объекта, в целом, происходит в пространстве. Этот факт имеет важное влияние на характер движения. Как мы видели в нашем исследовании, объект может перемещаться как в пространстве, со скоростью 1/n, так и во времени, со скоростью n/1, но он не может двигаться в обоих, пространство и время (относительно естественной привязки "единство"), одновременно, так как скорость не может быть сразу как выше, так и ниже единицы. Как указывалось ранее, из этого следует, что там, где движение во времени присутствует как незначительный компонент движения, в общем занимает место в пространстве, а движение во времени выступает в качестве модификатора масштаба движения в пространстве, а не как фактическое движение во времени. Иными словами, это движение в пространственном эквиваленте времени: движение в эквивалентном пространстве.

Как показано на рисунке, второй блок поступательного движения - это движение во времени, но, поскольку поступательное движение в целом находится в пространстве, пока оно остается ниже трех единиц, движение этого второго блока происходит в эквивалентном пространстве. Движение в эквивалентном пространстве второго блока похоже на движение в пространстве первого блока, за исключением того, что оно является обратным, и уменьшается, а не увеличивается. Эти величины, следовательно, остаются в рамках системы отсчета, и могут быть представлены в случае уменьшения размера белого карлика.

С другой стороны, когда движение будет продлено за три единицы, сумма движений в пространстве и эквивалентном пространстве, становится аддитативной (постоянной), и прирост, за счет движения, в пересчете пространства, выходит за пределы системы отсчета. Из этого следует, что этот прирост не может быть представлен в системе отсчета, хотя он проявляется в измерениях, таких как эффект Доплера, что связано с общими скалярными величинами, а не с учетом ограничений, установленных в системе отсчета.

Две линейные скалярные единицы движения, эффективные в промежуточной области, не ограничиваются конкретным скалярным измерением. Следовательно, они распределяются по всем трем из этих измерений случайно. Это означает, что существует восемь возможных ориентаций единиц движения. Движение в реальном пространстве ограничено одной из них природой системы отсчета, которая определяет, что считается реальным пространством. Поскольку эта система отсчета не накладывает никаких ограничений на время, другие семь направлений доступны для движения в пространственном эквиваленте времени (эквивалентное пространство).

В отсутствие каких-либо влияний в пользу одной из ориентаций, все скалярные движения распределяются поровну между восемью ориентациями. Однако, по причинам, которые были разъяснены в Томе 1, все количество, в пересчете пространства, двумерно в терминах реального пространства. Семь эквивалентных единиц делятся между двух измерений, как правило, поровну. Одна из двух результирующих скоростей компонентов добавляется к скорости в реальном пространстве. Вторая сила, связи между значениями этих двух видов (реальное пространство и эквивалентное пространство) приводит к аналогичной связи между подразделениями. Таким образом, дробные единицы условного пространства, сопоставимы с дробными единицами фактического пространства n1/2. Т е пространственная скорость n, соответствующая скорости в пересчете пространства (распространение в одном измерении) , как правило, 3,5n1/2 и общая, эквивалентная пространственной скорости n+3,5n1/2.

Это количество общей эквивалентной пространственной скорости, является общей скалярной величиной в системе отсчета, количество, которое измеряется эффектом Доплера. Движение на низкой скорости и в промежуточном диапазоне ограничивается одним пространственным измерением, и ограничивается значением n, представленным символом z в этом издании. Расширение движения на второе пространственное измерение, в ультра скоростном диапазоне, добавляет величину 3,5z1/2. Таким образом, эффект Доплера от любого объекта, движущегося на сверхвысокой скорости, равен z+3,5z1/2.

В обычной физической мысли, способа изучения объекта, движущегося вдаль от нас на скорости большей, чем свет, не существует, даже если такие скорости существуют, что традиционная наука отрицает. Это объясняется тем, что объект, движущийся с такой скоростью, будет путешествовать быстрее, чем свет, который он излучает. Но во вселенной движения, движение со скоростью большей, чем единство (скорость света) - это движение во времени, на обратной скорости, меньше единицы. Это означает, что объект движется медленнее, чем свет во времени. Излучение от этого объекта удаляется от нас, поэтому доходит к нам через время, а не через пространство, если мы соответствующим образом расположены по отношению к движущемуся объекту.

Хотя нейтральная точка, между движением в пространстве и движением во времени в три единицы эквивалентной скорости, максимальная чистая поступательная скорость, которая может быть достигнута на самом деле - две единицы, из-за гравитационного разворота. Дальнейшее увеличение эквивалентной скорости , кроме этих двух единиц, осуществляется путем уменьшения величины обратной скорости, то есть, путем уменьшения движения во времени.

Чистая скорость, превышающая две единицы движения, выходит за границы сектора и из наблюдаемой области, как указано выше, но ультравысокие скорости могут существовать в материальном секторе в сочетании с противоположно направленными скоростями различного происхождения, что держит чистую эффективную скорость ниже уровня двух подразделений, по крайней мере временно. В этих условиях, особенностью движения с ультравысокой скоростью, как например, существующей в двух пространственных измерениях, распространяется на объекты, которые находятся все еще в пределах наблюдаемого диапазона.

Промежуточная или скалярная зона, разделена на два региона от границы сектора. Одна из этих двух зон, обратная скорость единицы скорости, на космической стороне от границы сектора, и незаметна. Другая, от одной единицы скорости до двух единиц, находится за пределами региона, который может быть точно представлен в пространственной системе отсчета (в трехмерном пространстве), но она в материальном секторе, и она влияет на физические величины в этом секторе. Эти эффекты позволяют обнаружить объекты, движущиеся в верхнем диапазоне скоростей, и определить их свойства.

Эффект поступательной скорости, в промежуточном диапазоне, от одной до двух единиц, в той мере, в какой он применим к агрегатам звездной величине, был обсужден ранее. Некоторые подобные эффекты происходят и в галактике, но их будет удобно рассмотреть после характеристик материи при сверхвысоких скоростях. Сейчас мы обратим внимание на движение на сверхвысоких скоростях в диапазоне от двух до трех единиц.

Продолжением движения в этом более высоко скоростном диапазоне, будет производство нескольких новых классов астрономических явлений. Мы рассмотрим наиболее значимые из этих.

Для того, чтобы производить скорости в этом ультравысоком диапазоне, необходимы взрывные явления, которые имеют более сильный характер, чем сверхновые Типа I. У нас не будет никаких трудностей в выявлении таких явлений.

Мы видели, что взрыв Типа I сверхновых производит материал в центральной области звезды, выбрасываемый наружу во времени, производя белый карлик. Более мощный взрыв, который ускоряет быстрые продукты взрыва до сверхвысокой скорости, имеет тот же эффект на материю в центральной области, за исключением того, что он добавляет наружное поступательное движение во второе измерение пространства для внешнего (внутрь с пространственной точки зрения) расширения во времени. Продукт этого взрыва - еще один белый карлик, отличающийся от белых карликов, обсуждавшихся в предыдущих главах, тем, что он двигается вперед на высокой скорости.

В то же время, он подвергается гравитационным силам, то есть движется во внутреннем направлении, и даже несмотря на взрывную скорость в диапазоне 3-1/n2, чистая скорость не превышает двух единиц, и движущийся объект не наблюдается. При перемещении объекта наружу, действие гравитации постепенно снижается, и если внешние силы не вмешиваются, чистая скорость, в конечном счете, достигает двух единиц на границе сектора. Дальнейшее сокращение гравитационного компонента переводит чистую скорость через границу в космический сектор. На этом этапе, гравитация начинает работу во времени, а не в пространстве. Элементы этой совокупности начинают перемещаться наружу друг от друга в пространстве, потому что прогрессия естественной системы отсчета не компенсируется внутренним гравитационным движением. Начинается процесс агрегации во времени. В конечном итоге, совокупность перестает существовать в пространстве, а ее элементы становятся участниками совокупности во времени.

Как неоднократно подчеркивалось в этой работе, обычная фиксированная пространственная система отсчета сильно ограничена в своей способности представлять движения, которые происходят во вселенной. Многие виды движения не могут быть представлены в этой системе полностью, а другие не могут быть представлены точно. Линейные наружные движения, во втором скалярном измерении пространства, не могут быть представлены в реальном времени. Но там, где расширение агрегата в верхнем диапазоне значений, наблюдаемые в системе отсчета величины скорости отражены в размере этого агрегата. Мы уже видели, как этот эффект отвечает за очень небольшие размеры белых карликов. Теперь мы должны признать, что экспансия во втором скалярном измерении пространства дает точно такой же результат в обратном направлении; таким образом, движущийся объект появляется в значительно расширенном виде в пространственной системе отсчета.

Поскольку пространственное движение компонента ультра высокоскоростного движения в скалярном измерении, это перпендикуляр к нормальному измерению системы отсчета. Эта перпендикулярная линия не может вращаться в третьем измерении, потому что трехмерной структуры не существует, кроме единицы уровня скорости. Таким образом, представление движения в системе отсчета ограничивается фиксированием связи. Следовательно, первая часть расширения этой ультра высокоскоростной совокупности является линейной, а не сферической. Сферическое расширение не может начаться до тех пор, пока чистая скорость не достигнет уровня подразделения и линейное движение прекратится.

Как мы видели в нашем изучении основ скалярного движения, этот тип движения не дает различий между направлением AB и BA, поскольку только свойство движения является величиной. Если внешние воздействия не вмешиваются, любые линейные движения, происходящие на данный момент, делятся поровну между двух противоположных направлений по закону вероятности. Таким образом, на начальной стадии, расширяющееся облако ультра высокоскоростных частиц принимает форму двух противоположно направленных цилиндрических потоков материи (струй, на языке наблюдателя), движущихся наружу из точки происхождения.

На следующем этапе, после начальной стадии, начинается сферическое расширение, каждая половина расширяющегося облака становится более слабым и нерегулярным потоком материи, с шишкой у наружного края. В неизмененном виде, расширение объекта в целом, на этой стадии, принимает форму гантели. В последней стадии, поток исчезает, и мы имеем два сферических расширяющихся облака ультра высокоскоростного вещества.

Во многих случаях физическая ситуация такова, что расширение в одном из двух направлений является предотвращенным или, по крайней мере, имеет препятствие. В этом случае, результатом будет один поток, иногда в сопровождении небольшого количества струй. В других случаях, препятствия, или расположение расширения объекта в плоскости наблюдения, изменяет форму и направление струй до такой степени, что они не узнаваемы как струи.

Еще одна особенность промежуточных регионов, достойна внимания с точки зрения фундаментальной теории, это природа теплового излучения от объектов, движущихся на верхней границе диапазона скоростей. Как мы видели в предыдущих томах, это тепловое излучение исходит от линейного движения мелких составляющих материалов агрегата в пространственной системе отсчета. Эффективная величина этого движения определяется как температура.

Поскольку движение на промежуточных скоростях находится в том же скалярном измерении, как и движение со скоростью ниже единицы, колебательные движения, которые производят тепловое излучение, продолжаются в верхнем диапазоне оборотов. Но из-за разворота в блоке уровня скорости, градиент температуры в промежуточной области обратный, т.е. максимальная интенсивность тепловой вибрации в результате излучения при уровне единицы скорости, и падение в обоих направлениях. В этой промежуточной области, увеличение скорости (эквивалентно снижению обратной скорости) уменьшает тепловое излучение.

Кроме того, излучающие единицы материи сводятся в одну единицу времени в верхнем конце промежуточного диапазона температур (при минимальной обратной температуре), так же, как они сжимаются в одну единицу пространства в нижнем конце нормального температурного диапазона. Это меняет характер наблюдаемого излучения. Как вытекает из более ранних изданий, скорость меньше, чем единица, может быть достигнута только путем добавления обратных единиц, энергии. Результат такого сложения, скорость 1-1/n2, где n - количество единиц энергии. Широкий диапазон значений возможен в комбинации вида (1-1/n2)-(1-1/m2). Когда атом движется самостоятельно, как это происходит в газообразном состоянии, он может двигаться только с определенной скоростью, скоростью, определенной из предыдущего уравнения с применяемыми компонентами m и n. Таким образом, каждый вид атома (каждый элемент) имеет определенный набор возможных частот излучения, и линий спектра.

Радиация излучается из атома на тех же частотах, независимо от физического состояния агрегата, в котором атом существует, но на нижнем конце обыкновенного диапазона температур, при которых вещество находится в твердом или жидком состоянии, при этом тепловое движение атома происходит исключительно за одну единицу пространства. Излучения, полученные из этого движения, должны передаваться через границу между внутренней областью региона времени, за пределы региона, где она наблюдается. По причинам, которые были описаны подробно в предыдущих томах, это излучение распространяется наружу, и в диапазоне частот межрегионального процесса передачи. Это излучение, следовательно, имеет непрерывный спектр.

Та же ситуация царит в промежуточной области, если ее рассматривать в терминах обратных скоростей и температур. Излучения на скоростях чуть выше единицы исходят из атомов, которые все еще находятся в газообразном состоянии, и свободно перемещаются во времени. Это излучение, как и в соответствующем диапазоне на нижней стороне уровня, имеет линии спектра. Когда скорость увеличивается еще больше, интенсивность излучения снижается, так же, как и на скоростях дальше от единицы в регионе низких скоростей. При критическом уровне обратной температуры и давления, капли атомов в регионе космического сектора конденсируются в обратное твердое состояние. Оптические излучения из этого региона имеет непрерывный спектр.


Copyright  © 2004-2016,  alexfl