Гарри Поттер
на самую первую страницу Главная Карта сайта Археология Руси Древнерусский язык Мифология сказок
Главы:

   Книга 3. Глава 1
   Книга 3. Глава 2
   Книга 3. Глава 3
   Книга 3. Глава 4
   Книга 3. Глава 5
   Книга 3. Глава 6
   Книга 3. Глава 7
   Книга 3. Глава 8
   Книга 3. Глава 9
   Книга 3. Глава 10
   Книга 3. Глава 11
   Книга 3. Глава 12
   Книга 3. Глава 13
   Книга 3. Глава 14
   Книга 3. Глава 15
   Книга 3. Глава 16
   Книга 3. Глава 17
   Книга 3. Глава 18
   Книга 3. Глава 19
   Книга 3. Глава 20
   Книга 3. Глава 21
   Книга 3. Глава 22

Гарри Поттер и узник Азкабана

книга третья



Глава 3. Грандулет

Гарри успел пройти несколько улиц, прежде чем, у Магнолиевого проезда, опустился без сил на низкую ограду. Он тяжело отдувался – тащить сундук было нелегко. Гарри сидел совершенно неподвижно. Гнев волнами курсировал по телу, сердце бешено билось в груди.

Десять минут пребывания в одиночестве на тёмной улице принесли с собой новое чувство: панику. С какой стороны ни взгляни, в худший переплёт ему ещё не доводилось попадать. Совсем один, ночью, в мире муглов. Идти некуда. И, самое ужасное – наколдовал столько, что этого точно хватит для исключения из «Хогварца». Гарри до такой степени нарушил положения декрета о разумных ограничениях колдовства среди несовершеннолетних, что оставалось только удивляться, почему до сих пор не явились представители министерства. По идее, они должны были бы уже схватить его прямо здесь, где он сейчас сидит.

Гарри содрогнулся и из конца в конец оглядел Магнолиевый проезд. Что с ним теперь будет? Его арестуют? А может быть, он станет изгоем? Он подумал о Роне с Гермионой и совсем пал духом. Гарри не сомневался, что друзья помогли бы ему, неважно, преступник он или нет, но они оба находились за границей, Хедвиги не было, а следовательно, не было и способа связаться с ними.

К тому же, у него совсем нет мугловых денег. В кошельке на дне сундука лежало немного колдовского золота, но остальная часть доставшегося от родителей состояния хранилась в сейфе банка «Гринготтс» в Лондоне. Ему никогда не дотащить этот сундук до Лондона... Если только...

Он взглянул на палочку, которую всё ещё сжимал в руке. Раз уж его так или иначе исключат (сердце забилось быстрее и болезненнее), то можно поколдовать ещё немного. У него есть плащ-невидимка, доставшийся в наследство от отца – что, если сделать сундук лёгким как пёрышко, привязать его к метле, накрыться плащом и полететь в Лондон? Тогда он сможет забрать остаток денег из банка и... начать жить изгнанником. Перспектива, что и говорить, безрадостная, но не сидеть же ему вечно на этой ограде, а то ещё, чего доброго, придётся иметь дело с мугловой полицией, объяснять, чем он занимается здесь среди ночи и зачем ему метла и сундук книг с заклинаниями.

Гарри открыл сундук и пошарил внутри, пытаясь отыскать плащ-невидимку – но, так и не найдя, вдруг выпрямился и оглянулся.

Он чувствовал странное покалывание в затылке и шее. И понял, что за ним кто-то наблюдает. Однако, улица была совершенно пуста, и свет не горел ни в одном из окрестных, больших и квадратных, домов.

Мальчик снова наклонился над сундуком и, практически тут же, снова выпрямился, крепко сжав в кулаке палочку. Он скорее ощутил, чем услышал: позади, в узком проходе между гаражом и забором, стоял кто-то... или что-то. Гарри прищурился, всмотрелся в черноту. Если бы оно пошевелилось, он бы понял, что это – бродячая кошка или... что-то другое.

- Люмос, – пробормотал Гарри, и свет зажёгся на кончике волшебной палочки, почти ослепив его. Он поднял палочку высоко над головой. По выложенным каменной крошкой стенам дома №2 пробежал отсвет; тускло блеснула дверь гаража, и между гаражом и забором Гарри увидел, очень отчётливо, сгорбленный силуэт кого-то очень большого, с широко расставленными горящими глазами.

Гарри отшатнулся. Он споткнулся о сундук и упал. Гарри попытался рукой смягчить падение, пальцы разжались, и палочка выпала. Он тяжело шмякнулся на обочину дороги...

Раздалось оглушительное «БАММ!», и Гарри вскинул руки, загородился от невесть откуда взявшегося ослепительного света...

С криком Гарри откатился назад на тротуар, как раз вовремя. Секунду спустя две сверкающих фары и два гигантских колеса с раздирающим скрежетом остановились как вкопанные ровно на том месте, где он только что лежал. Колёса и фары, как, задрав голову, увидел Гарри, принадлежали трёхэтажному, интенсивно-фиолетовому автобусу, появившемуся буквально из воздуха. Поверх ветрового стекла шла золотая надпись: «ГрандУлет».

В первое мгновение Гарри решил, что от удара об землю у него начались галлюцинации. Но тут из автобуса выскочил кондуктор в фиолетовой униформе и громко заговорил в пространство:

– Добро пожаловать в «ГрандУлёт», спасательный экипаж для колдунов и ведьм, оказавшихся в затруднительном положении. Выбросите палочку, взойдите на борт, и мы отвезём вас куда пожелаете. Меня зовут Стэн Стражёр, этой ночью я буду вашим проводни...

Кондуктор резко оборвал свою речь. Он заметил Гарри, по-прежнему сидевшего на земле. Гарри подобрал палочку и кое-как поднялся на ноги. Вблизи, он разглядел, что Стэн Стражёр всего на несколько лет старше его самого. Кондуктору было от силы лет восемнадцать-девятнадцать. У него были большие, оттопыренные уши и порядочное количество прыщей.

– Чёйта ты тут делаешь? – спросил Стэн, оставив профессиональные манеры.

– Упал, – ответил Гарри.

– Ачевойта ты упал? – ухмыльнулся Стэн.

– Я не специально, – пояснил Гарри раздражённо. Джинсы были порваны на коленке, а рука, на которую он приземлился, саднила и кровоточила. Он вдруг вспомнил, почему упал и оглянулся. Фары «ГрандУлёта» заливали светом проход между гаражом и забором, и там никого не было.

– Чёйта ты туда зыришь? – заинтересовался Стэн.

– Там было что-то большое и чёрное, – сказал Гарри, неуверенно показывая в проход. – Вроде собаки... только больше...

Он посмотрел на Стэна. Тот стоял, слегка приоткрыв рот. Гарри почувствовал себя очень неловко, когда понял, что Стэн шарит взглядом по его шраму. Если министерство магии уже объявило розыск, он не собирается облегчать им задачу.

– Как тя звать? – настоятельно спросил Стэн.

– Невилль Лонгботтом, – брякнул Гарри первое, что пришло в голову. – А что – этот автобус, – он быстро сменил тему разговора, стараясь отвлечь Стэна, – ты сказал, он отвезёт меня, куда я пожелаю?

– Ага, – гордо объявил Стэн, – куда пожелаешь, ежели на земле. А под водой мы ничё не могём. Слуш, – подозрительно спросил он, – ты вить вправду нам сигналил, верноть? Выбросил палочку, все дела? А?

– Да, – заверил его Гарри, – послушай, а за сколько вы меня довезёте до Лондона?

– За одиннадцать сиклей, – сказал Стэн, – тока за тринадцать те ещё дадут какавы, а за пятнадцать – ‘орячей воды и зубную щётку какова хошь цвету.

Гарри ещё раз пошарил в сундуке, извлёк оттуда кошелёк и сунул монеты в протянутую ладонь Стэна. Затем они вместе подняли сундук – клетка Хедвиги балансировала на крышке – и по ступенькам занесли его в автобус.

Кресел внутри не было; вместо этого у занавешанных окон стояло около полудюжины медных кроватей. Прикреплённые возле каждой кровати свечи в подсвечниках озаряли обшитые деревом стены. В задней части автобуса крохотный колдун в ночном колпаке пробормотал во сне: «не сейчас, спасибо, я мариную улиток» и перевернулся на другой бок.

– Ты ‘авай сюда, – шепнул Стэн, заталкивая сундук Гарри под кровать прямо за водительским креслом. – Ета наш шофёр, Эрни Катастрофель. А ета Невилль Лонгботтом, Эрн.

Эрни Катастрофель, пожилой колдун в очках с очень толстыми стеклами, кивнул Гарри. Тот опять нервно пригладил чёлку и сел на кровать.

– Сваливаем, Эрн, – сказал Стэн, усаживаясь в кресло рядом с шофёрским.

Раздалось ещё одно впечатляющее «БАММ!», и Гарри мгновенно повалился на спину, отброшенный назад бешеным стартом «ГрандУлёта». Кое-как приподнявшись, Гарри выглянул в окно и увидел, что автобус мчится по уже совершенно другой улице. Стэн с большим удовлетворением следил за ошарашенным лицом мальчика.

– Ета мы отсюдова прикатили, када ты просигналил, – объяснил он. – Гдейта мы, Эрн? Гдейта в Уэльсе?

– Ага, – буркнул Эрни.

– А почему муглы не слышат ваш автобус? – поинтересовался Гарри.

– Муглы! – презрительно хмыкнул Стэн. – Да слушать не умеют! И смотреть тоже. Ничё никада не замечают, куды им.

– Ты б разбудил мадам Марш, Стэн, – вмешался Эрн. – Вот-вот прибудем в Абергавенни.

Стэн прошёл мимо Гарриной кровати и исчез из виду, взойдя вверх по узкой деревянной лестнице. Гарри продолжал смотреть в окно, и его беспокойство усиливалось. Эрни, похоже, не слишком-то здорово владел рулём. «ГрандУлёт» постоянно заезжал на тротуар, хотя при этом ни во что не врезался; фонари, почтовые ящики, мусорные баки отпрыгивали в стороны при его приближении, а после вставали на место.

Вернулся Стэн. За ним брела бледная до зелени ведьма, укутанная в дорожную мантию.

– Прибыли, мадам Марш, – радостно объявил Стэн. Эрн вдавил тормоз в пол; кровати съехали на целый фут к центру автобуса. Мадам Марш, прижав к губам носовой платочек и семеня ножками, сошла вниз по ступенькам. Стэн выбросил ей вслед сумку и со всей молодецкой силы захлопнул дверь; снова раздалось оглушительное «БАММ!», и автобус загромыхал по узкой деревенской дороге, деревья запрыгали в стороны.

Гарри не заснул бы в любом случае, даже если бы автобус не грохотал и не скакал туда-сюда на целые сотни миль за одно мгновение. Гарри вернулся к размышлениям о том, что с ним теперь будет, и удалось ли Дурслеям достать с потолка тётю Маржи. У него заныло в животе.

Стэн развернул «Прорицательскую газету» и стал читать, зажав кончик языка зубами. Измождённое лицо человека с длинными тусклыми космами медленно подмигнуло Гарри с большой фотографии на первой странице. Он показался мальчику странно знакомым.

– Этот человек! – Гарри на время позабыл о своих горестях. – Он был в новостях у муглов!

Стэнли сложил газету, взглянул на первую страницу и хмыкнул.

– Сириус Блэк, – кивнул он. – ясно, был в новостях, ты чё, с луны свалился, Невилль?

Непонимающее выражение на лице у Гарри заставило Стэна ещё раз хмыкнуть, очень снисходительно. Он отделил первую страницу и протянул её Гарри.

– ‘азеты читать надо, Невилль.

Гарри поднёс газету к свету и прочитал:

БЛЭК ЕЩЁ НЕ ПОЙМАН

Согласно подтверждению, полученному от министерства магии, Сириусу Блэку – пользующемуся, пожалуй, самой дурной славой узнику, когда-либо попадавшему в стены крепости Азкабан – по-прежнему удаётся избежать ареста.

«Мы делаем всё возможное, чтобы схватить Блэка», – заявил этим утром министр магии Корнелиус Фудж, – «и настоятельно просим всех граждан магического сообщества сохранять спокойствие.»

Ранее Фудж подвергался резкой критике со стороны некоторых членов международной федерации чародеев за то, что проинформировал премьер-министра муглов об инциденте.

«Вы что, не понимаете, я был вынужден это сделать,» – ответил раздражённый Фудж. – «Блэк – сумасшедший. Он опасен для всякого, кто с ним столкнётся, неважно, колдун это или мугл. Премьер-министр заверил меня, что ни единым словом не обмолвится об истинной сущности Блэка. И, давайте посмотрим правде в глаза – даже если бы и обмолвился, кто бы ему поверил?»

Гарри заглянул в спрятанные в тени глаза Сириуса Блэка. Это была единственная часть его лица, которая оставалась живой. Гарри никогда не встречал вампира, но на уроках по защите от сил зла видел их на картинках – Блэк, с его бледно-восковой кожей, выглядел точь-в-точь как вампир.

– Страшенный чувак, скажи? – Стэн наблюдал за Гарри, пока тот читал.

– Он убил тринадцать человек, – спросил Гарри, возвращая газету Стэну, – одним проклятием?

– Угу, – ответил Стэн, – при свидетелях, все дела. Середь бела дня. Таких делов понаделал, беда, скажи, Эрн?

– Ага, – мрачно подтвердил Эрн.

Стэн развернулся в кресле, положив ладони на спинку, чтобы лучше видеть Гарри.

– Блэк был приспешник Сааешь-Каво, – сообщил он.

– Что, Вольдеморта? – бухнул Гарри, не подумавши.

У Стэна даже прыщи побелели; Эрн так крутанул рулём, что целой ферме пришлось шарахнуться в сторону, чтобы не столкнуться с автобусом.

– С дуба ты рухнул, чёли? – заверещал Стэн. – Чё ты имя-то ’ооришь?

– Прости, – поскорей сказал Гарри, – прости, я... я забыл...

– Он забыл! – ослабевшим голосом простонал Стэн. – К’шмар, у меня аж сердце зашлось!

– Значит – Блэк был на стороне Сам-Знаешь-Кого? – извиняющимся тоном продолжил разговор Гарри.

– Ага, – Стэн всё ещё хватался за сердце, – Эт-точна. Оч’был близко к Сааеш-Каму, грят. Ну ить сирано, малыш ‘Арри Поттер его победил...

Гарри снова пригладил чёлку.

– ...которые были за Сааешь-Каво, всех выследили, скажи, Эрн? А другие и сами дотумкали – всё, конец, раз Сааешь-Каво нету, и – в тину. Тока не Сириус Блэк. Я слыхал, он хотел принять командование, как Сааешь-Каво не стало.

Короче, Блэка окружили посередь улицы... Кру’ом полно муглов – тада Блэк хвать палку и полулицы – хабах! – взорвал. Оот. Одного колдуна уделало, ну, и с дюжину муглов. Жуть, скажи! А знаешь, чё Блэк апосля сделал? – закончил Стэн драматическим шёпотом.

– Чего? – спросил Гарри.

– Заржал, – расширил глаза Стэн. – Так вот стоял и ржал, приставляш? А када подоспело подкрепление с м’стерства, он с ими пошёл тихо, как овечка, тока ржал как псих. Эт’тому он псих и есть, скажи, Эрн?

– Если и не был, как отправился в Азкабан, так теперь уж точно псих, – проговорил Эрн своим тихим голосом. – Я б лучше взорвался, а туда б ни ногой! Ну, да так ему и надо... после того, чего он натворил...

– Оот была забота, за им подчищать, скажи, Эрн? – перебил Стэн. – Вся улица на воздух, муглы в куски. Чё там, грили, случилось?

– Взрыв газа, – буркнул Эрни.

– Оот, а терь он убёг, – сказал Стэн, внимательно изучая измождённое лицо Блэка на фотографии. – Раньше из Азкабана не бегали, скажи, Эрн? Я ваще не пойму, как ета он? Убёг-та? Жуть, скажи? Правда, навряд у его хоть какой шанс есть, против азкабанских стражников-та, а, Эрн?

Эрн внезапно содрогнулся.

– Давай-ка про чёньть другое, Стэн, будь другом. У меня от этих азкабанских стражников мурашки.

Стэн неохотно отложил газету, а Гарри боком привалился к окну «ГрандУлёта», чувствуя себя хуже, чем когда-либо. Он воочию представлял себе, что будет рассказывать своим пассажирам Стэн через пару-тройку дней.

– Слыхали про ’Арри Поттера, а? Надул тётку! Он у нас прям оот тута был, скажи, Эрн? Хотел убечь, подумать тока!

Он, Гарри, нарушил колдовской закон так же, как это сделал Сириус Блэк. Интересно, то, что он надул тётю Маржи, может послужить основанием для заключения в Азкабан? Гарри ничего не знал про колдовскую тюрьму, но все, кто упоминал о ней, произносили её название испуганным шёпотом. Огрид, хогварцевский дворник, в прошлом году провёл там целых два месяца. Вряд ли Гарри удастся забыть выражение смертельного ужаса на лице у Огрида, когда тому сообщили, куда его отправляют, а ведь Огрид – один из самых храбрых людей на свете.

«ГрандУлёт» катил в темноте, распугивая кусты и урны, телефонные будки и деревья, а Гарри лежал, несчастный, на пуховой постели и не находил себе места. Спустя какое-то время Стэн вдруг вспомнил, что Гарри заплатил за какао, но случайно вылил напиток на подушку, когда автобус резко переместился из Энглси в Абердин. Один за другим колдуны и ведьмы в халатах и шлёпанцах сходили с верхних этажей, чтобы покинуть автобус. При этом не скрывали радости, что могут наконец выйти.

В конце концов, в автобусе остался один Гарри.

– Ну оот, Невилль, – хлопнул в ладоши Стэн, – куда те в Лондон?

– На Диагон-аллею, – решил Гарри.

– Классно, – сказал Стэн, – тада держися!

БАМС.

И они уже громыхали по Чаринг-Кросс Роуд. Гарри сел и стал наблюдать, как здания и парапеты набережной жмутся, чтобы пропустить «ГрандУлёт». Небо слегка посветлело. На пару часиков придётся затаиться, а потом он отправится в «Гринготтс», прямо к открытию, а потом поедет... он не знал, куда.

Эрн вдавил в пол тормоза, и «ГрандУлёт», скакнув, замер перед небольшим, захудалого вида заведением. Это был «Дырявый котёл», бар, за которым располагался волшебный вход на Диагон-аллею.

– Спасибо, – поблагодарил Гарри шофёра.

Он спрыгнул со ступеней и помог Стэну спустить на мостовую сундук и клетку Хедвиги.

– Что ж, – сказал Гарри, – пока!

Но Стэн не обратил внимания. Он застыл в дверях автобуса и пялил глаза на затемнённый вход в «Дырявый котёл».

– Наконец-то, Гарри, – произнёс чей-то голос.

Раньше, чем Гарри успел обернуться, ему на плечо опустилась рука. В это же самое время Стэн заорал:

– Ух ты! Эрн, вали сюда! Давай сюда!

Гарри взглянул на того, кому принадлежала рука и почувствовал, будто ему в желудок засыпают колотый лёд – целое ведёрко – он попал в руки самого Корнелиуса Фуджа, министра магии.

Стэн соскочил на мостовую.

– Как вы назвали Невилля, Министр? – возбуждённо выкрикнул он.

Фудж, невысокий дородный человек в длинной полосатой мантии, выглядел замёрзшим и очень измотанным.

– Невилля? – нахмурился он. – Это Гарри Поттер.

– Я так и знал! – возликовал Стэн. – Эрн! Эрн! Угадай, кто всамделе Невилль? ’Арри Поттер! Я вить видел – шрам!

– Верно, – поджав губы, сказал министр, – что ж, я очень рад, что «ГрандУлёт» подобрал Гарри, но теперь нам с ним надо пойти в «Дырявый котёл»...

Фудж сильнее сжал плечо мальчика и подтолкнул его внутрь бара. У задней двери показалась сутулая фигура с фонарём. Это был Том, сморщенный, беззубый хозяин заведения.

– Вы нашли его, Министр! – воскликнул Том. – Вам что-нибудь подать? Пиво? Бренди?

– Наверное, чаю... целый чайник, – попросил Фудж, до сих пор не отпустивший Гарри.

Сзади раздались громкий скрежет и пыхтение. Вошли Стэн с Эрни. Они внесли сундук и клетку. Вид у обоих был крайне заинтригованный.

– А чёж ты нам-та не сказал, кто ты ваще такой, а, Невилль? – спросил Стэн, радостно улыбаясь Гарри. Из-за его плеча по-совиному выглядывал Эрни.

– И отдельный кабинет, пожалуйста, Том, – подчёркнуто добавил Фудж.

– Пока! – несчастным голосом попрощался Гарри со Стэном и Эрни. В это время Том с фонарём жестом пригласил Фуджа проследовать за ним по узкому коридору в маленькую гостиную. Том щёлкнул пальцами, в очаге загорелся огонь, и хозяин с поклоном удалился.

– Садись, Гарри, – сказал Фудж, показав на кресло у камина.

Гарри сел. Руки у него покрылись гусиной кожей несмотря на тепло, идущее от очага. Фудж снял полосатую мантию и отбросил её в сторону, затем подтянул на коленях бутылочно-зелёные костюмные брюки и уселся напротив.

– Я – Корнелиус Фудж, Гарри. Министр магии.

Гарри это было известно; однажды он уже видел Фуджа, но в тот раз Гарри скрывался под плащом-невидимкой, и Фуджу не следовало об этом знать.

Вновь появился Том, в фартуке поверх пижамной рубашки и с подносом, на котором стоял чай и блюдо сдобных лепёшек. Том поставил поднос на столик между креслами Гарри и Фуджа, а затем вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

– Ну, Гарри, – начал Фудж, разливая чай, – задал же ты нам работы, скажу честно. Подумать только, сбежать от дяди и тёти, да ещё таким образом! Я уж было подумал... но ты цел и невредим, а это главное.

Фудж намазал себе лепёшку маслом и подтолкнул тарелку к Гарри.

– Ешь, Гарри, а то ты как ходячий мертвец. Ну, что ж... Ты будешь рад узнать, что мы сумели устранить последствия несчастного случая, в результате которого была надута мисс Марджори Дурслей. Двое представителей департамента по размагичиванию в чрезвычайных ситуациях несколько часов назад были направлены на Бирючиновую аллею. Мисс Дурслей проткнули, и её память была подвергнута модификации. У неё не осталось абсолютно никаких воспоминаний о происшествии. Так что – было и прошло, никому никакого вреда.

Фудж улыбнулся Гарри поверх чашки, на манер доброго дядюшки, беседующего с любимым племянником. Гарри, который до сих пор не мог поверить собственным ушам, открыл было рот, однако, не придумал, как можно выразить свои эмоции, и закрыл его снова.

– Ах, ты, видимо, хочешь знать, как отреагировали на произошедшее твои дядя и тётя? – догадался Фудж. – Не стану скрывать – они были рассержены донельзя. Тем не менее, они готовы взять тебя обратно следующим летом, при условии, что ты останешься в «Хогварце» на рождественские и пасхальные каникулы.

У Гарри словно разлепилось горло.

– Я всегда остаюсь в «Хогварце» на рождественские и пасхальные каникулы, – сказал он, – и никогда больше не хочу возвращаться на Бирючиновую аллею.

– Ну, перестань, перестань, я уверен, ты успокоишься, и твоё отношение изменится, – встревоженно произнёс Фудж, – в конце концов, это твоя семья, я уверен, что вы любите друг друга – м-м-м – в глубине души.

Гарри не стал разубеждать министра. Гораздо важнее было узнать, какая судьба его ожидаёт.

– Таким образом, – продолжал Фудж, намазывая маслом вторую лепёшку, – нам остаётся лишь решить, где ты проведёшь последние две недели каникул. Я предлагаю тебе снять комнату здесь, в «Дырявом котле» и...

– Подождите, – выпалил Гарри, – А как насчёт наказания?

Фудж моргнул.

– Наказания?

– Я же нарушил закон! – объяснил Гарри. – Декрет о разумных ограничениях колдовства среди несовершеннолетних!

– Ох, мой дорогой мальчик, не станем же мы наказывать тебя за такие пустяки! – вскричал Фудж, отмахнувшись лепёшкой. – Это же был несчастный случай! Если бы мы отправляли в Азкабан всех, кто надувает своих тёть!

Но сказанное как-то не согласовывалось с прошлыми столкновениями Гарри с министерством магии.

– од назад я получил официальное предупреждение только потому, что домовый эльф свалил с холодильника пудинг в доме моего дяди! – сообщил он Фуджу, нахмурившись. – Министерство магии сказало, что меня исключат из «Хогварца», если у Дурслеев произойдёт ещё хоть что-нибудь волшебное!

Либо Гарри обманывало зрение, либо Фудж действительно вдруг почувствовал себя очень неловко.

– Обстоятельства меняются, Гарри... приходится принимать во внимание... в теперешней обстановке... Ты ведь не хочешь, чтобы тебя исключили?...

– Конечно, нет, – согласился Гарри.

– Тогда в чём же дело? – засмеялся Фудж. – Давай, ешь лепёшку, Гарри, а я пойду взгляну, успел ли Том приготовить для тебя комнату.

Фудж вышел из гостиной. Гарри глядел ему вслед. Всё-таки происходило что-то совершенно непонятное. Зачем Фудж дожидался его у «Дырявого котла», если не за тем, чтобы подвергнуть наказанию за содеянное? Теперь, когда Гарри спокойно поразмыслил над случившимся, ему подумалось: вряд ли это входит в обязанности министра магии – разбираться с колдовством несовершеннолетних?

Снова вошёл Фудж в сопровождении хозяина Тома.

– Одиннадцатый номер свободен, Гарри, – сообщил Фудж, – я думаю, тебе там будет очень удобно. Одна-единственная вещь... надеюсь, ты поймёшь меня правильно... я не хочу, чтобы ты выходил в мугловую часть Лондона. Не уходи с Диагон-аллеи, хорошо? И по вечерам возвращайся до темноты. Ты умный мальчик, ты всё понимаешь. Том будет за тобой присматривать.

– Ладно, – медленно проговорил Гарри, – но почему?...

– Мы ведь не хотим, чтобы ты снова потерялся, правда? – от души засмеялся Фудж. – Нет, нет... лучше уж мы будем знать, где ты... то есть...

Фудж громко откашлялся и взял в руки полосатую мантию.

– Что ж, мне пора, масса дел, знаешь ли...

– А с Блэком что-нибудь удалось? – спросил Гарри.

Пальцы Фуджа соскочили с серебряной застёжки мантии.

– О чём это ты? А, так ты в курсе – что ж, нет, пока нет, но это лишь вопрос времени. Стражники Азкабана не знают поражений... а сейчас они злее, чем всегда.

Фуджа слегка передёрнуло.

– Итак, будем прощаться.

Он протянул руку. Во время рукопожатия Гарри посетила неожиданная мысль.

– Э-э-э... Министр? Могу я вас о чём-то попросить?

– Разумеется, – улыбнулся Фудж.

– Знаете, третьеклассникам в «Хогварце» разрешают посещать Хогсмёд, но мои дядя и тётя не подписали нужную бумагу. Вы не могли бы?...

Фудж смутился.

– Ах, – пробормотал он. – Нет, нет, извини, Гарри, но, поскольку я не являюсь ни твоим родителем, ни опекуном...

– Но вы ведь министр магии, – убедительно сказал Гарри, – если вы дадите разрешение...

– Нет, Гарри, прости, но закон есть закон, – ровным голосом отказал Фудж. – Возможно, ты сможешь посещать Хогсмёд в следующем году. На самом деле, я думаю, оно и к лучшему... да... всё, мне пора. Надеюсь, тебе здесь понравится, Гарри.

Последний раз улыбнувшись и пожав мальчику руку, Фудж удалился. Том выступил вперёд, лучась и сияя.

– Не будете ли так любезны последовать за мной, мистер Поттер, – пригласил он, – Я уже отнёс наверх ваши вещи...

Гарри прошёл за Томом вверх по красивой деревянной лестнице к двери с медным номером «11», которую Том отпер и отворил перед ним.

Внутри находилась очень удобная на вид кровать и некоторое количество тщательно отполированной дубовой мебели. В камине весело потрескивал огонь, а на платяном шкафу ...

– Хедвига! – выдохнул Гарри.

Снежно-белая сова защёлкала клювом и слетела Гарри на руку.

– Очень умная эта ваша сова, – хмыкнул Том. – Прибыла через пять минут после вас. Если вам что-нибудь понадобится, мистер Поттер, не стесняйтесь обращаться ко мне.

Он ещё раз поклонился и ушёл.

Гарри долго сидел на кровати и рассеянно перебирал пальцами перья Хедвиги. Небо за окном быстро сменило цвет с глубокого бархатисто-синего на холодный, серо-стальной, а затем, медленно, на розовый с золотыми точками. Гарри не мог поверить, что покинул Бирючиновую аллею всего несколько часов назад, и что его не исключили, и что теперь его ждут две совершенно свободные от Дурслеев недели.

– Это была очень странная ночь, Хедвига, – зевнул он.

И, даже не сняв очки, повалился на подушки и уснул.

<<< назад   дальше >>>


Copyright  © 2004-2016,  alexfl